Голубая сталь меча показала мне моё лицо. На лбу к ране от Кровавого добавилось ещё несколько мелких рассечений. Пусть даже мои удары разрушали умения Визира, но осколки всё равно были опасны. Даже для идара с четырьмя дарами. Хотя, конечно, я очень странный идар, но всё же.

Но плевать на эти раны, которые у меня сейчас по всему телу. Точно в центре лба, точно там, где и прошлый раз, горела отметка крови Павшего Предка.

Если во время посвящения это была лишь крохотная точка, то сейчас это был полноценный ромб размером с ноготь мизинца.

И глупо думать, будто под светом Каразо метка Предка Ребела потускнеет и станет невидимой.

Тени вернули мне то, что украдено? Я и вижу.

Такое ощущение, что теперь уже они высосали ихор из Кровавого воина и вернули именно его, а не какой-то там запас тьмы.

Сколько лет было Кровавому воину? Скольких он осушил за свою жизнь и были ли среди них те, кто тоже нёс кровь Безымянного Предка?

Одни вопросы.

На которые нет ответов. И которые мне не нужны. Мне важней другое.

Что мне делать с тем, что имею?

Хотя здесь ответ есть.

Одной рукой я сжимал свой, другой рукой поднял меч Визира. Теперь он будет мне зеркалом.

Удар сердца понёс кровь по жилам, я привычно добавил к ней жар души. Несколько мгновений и жар души достиг руки, добрался до меча, проводника внутренних техник. Но не сорвался с него призрачным образом клинка, не засиял аурой меча, а принялся неторопливо тлеть в нём, разгоняя сумрак пещеры.

Любой идар, идущий по пути меча, в десятки раз опасней, чем простолюдин, просто взявшийся за меч.

Голубая сталь меча с усилием, но взрезала кожу лба, преодолела защиту третьего дара Хранителей.

Немного старания, немного крови, немного боли и метка Павшего Предка лежит у меня на ладони. Вместе с куском кожи. К счастью, в кости лба метка не сияла.

Из пещеры я вышел, обмотав лоб шёлковой лентой, которую вырезал из халата Визира.

***

Буду краток. Понравилось — ставь лайк.

Глава 29

Мои воины и впрямь держались в отдалении от расщелины. Один из них даже сжимал в руках дымный шар. Всё верно, если бы я не справился, то он бы выполнил приказ — предупредил остальные отряды о том, что врагов здесь слишком много. Пусть это много и относилось к единственному Кровавому.

Орак шагнул вперёд, едва увидев меня:

— Господин, что с вами?

— Небольшая рана.

Он засуетился:

— Сейчас, сейчас, господин. Мазь господину, живо.

Я отмахнулся:

— Не стоит терять время на такую мелочь.

Не то, чтобы это действительно была мелочь, я резанул от души, но лечебное средство на основе исара Предка... Эта мазь заживит так, что кожа отрастёт словно новая. И кто сказал, что она отрастёт без метки Предка? Тем более что мазь нужней тем, кого успел ранить Кровавый.

Скользя взглядом по своим воинам, по двум мертвецам, которые лежали в отдалении, я заметил перекошенную фигуру, без малейшего следа крови или раны.

— С этим что?

Орак поджал губы, не торопясь отвечать. Я не успел даже нахмуриться, как мне ответил Кодик. Ответил со странной усмешкой, заставившей змеиться его шрам:

— Это гонец, который отправился звать на помощь нашего гаэкуджу Визира. Тот таким образом выразил своё недовольство тем, что какой-то простолюдин решил поторопить его. Ничего страшного на самом деле, рёбра мы уже стянули, господин.

Я скривил губы, сдерживая ругательства. Чтобы этого Визира после смерти к себе Безымянный прибрал. Впервые я пожалел, что отказываюсь от части своих сил крови Оскуридо.

Он слишком легко отделался. Было бы неплохо заставить пострадать его дольше. Или сделать своим слугой, чтобы он и после смерти искупал свою вину. За все те случаи, когда я и мои люди оказывались без прикрытия даров Великого паладина.