Вон, три дня назад сбежать сумели только те мужики, что были на дальних полях.

А здесь нет и таких...

Стук топора и гогот на соседней улице ясно сказали мне, что я ошибаюсь. Есть здесь уцелевшие.

Или не уцелевшие?

Я хмуро рассматривал открывшийся мне вид. Три подводы, набитые барахлом так, что их толкать придётся, чтобы лошади сумели их с места сдвинуть. Десяток разномастных мужиков, которые сидят и хлещут с кувшинов. Явно не воду. Хлещут, с гоготом наблюдая, как ещё один здоровяк, скинувший рубаху, ходит вокруг избы и крушит топором резные наличники и крыльцо.

— Вы кто такие?

Гогот стих лишь самую малость, в мою сторону повернулось всего трое. Правда, шёлк моего одеяния заставил их поперхнуться пойлом и привести в чувство остальных.

А когда они заметили воинов в доспехах и с мечами, то на улице наступила тишина. Даже полуобнажённый здоровяк оставил топор. Поклонились они вразнобой, но старательно, а затем вперёд шагнул один из них. Видно старший.

— Ваша милость. Так это, крестьяне мы.

— Местные?

— Не, ваша милость. С соседней деревни.

Кодик усмехнулся:

— И что же вы здесь делаете? Спасшихся соседей ищите, небось?

Мужик сглотнул:

— Так это, не спасся никто. Всех того они.

— Даже детей?

— Даже детей, — мужик повёл рукой. — Вот там, в лесочке они все лежат. Мы как раз с той стороны ехали, можете сами проверить, ваша милость.

Я провёл ладонью по лицу, ощущая начавший расти пушок. Проверю, конечно же. Но не думаю, что увижу тут что-то новое.

— А вы сюда зачем приехали?

— Так это, ваша милость, нас староста послал. Сказал, реольцы тут всех того, деревня опустела, нужно бы добро прибрать, пока не пропало.

Кодик буркнул:

— Лучше бы вы коров первыми увели, чем барахло искать.

Мужик сглотнул:

— Так это, чего нам наказали, то мы и выполняем.

Я задумчиво спросил у Кодика:

— Думаешь, врёт?

— Мне-то откуда знать, господин? — повернувшись к мужику, Кодик спросил. — А староста ваш откуда узнал? Кто-то с деревни прибежал?

— Не. Человек от владетеля прискакал.

Я процедил:

— Интересно.

И как это понимать?

Мы только два дня, как в коротком бою не дали реольцам пройти на север, к широкому столичному тракту. А местный владетель уже знает, какая деревня попалась на пути реольцам, а какая нет?

И почему же он не оповестил первую деревню? И обе ли они принадлежат одному и тому же Дому?

Безымянный его знает. Последняя карта, которую я видел, была, как всегда, начерчена Глеболом на песке. Здесь, ближе к центральным землям королевства, я не помню наизусть границы Домов. Тем более каких-нибудь Малых.

— Господин?

Кодик явно с намёком опустил руку на рукоять меча. Я дёрнул плечом:

— Ну-ка, оббегите тут всё кругом.

Наглый и Тощий тут же рванули в стороны. Каждый в свою. Синеглазый молча скользнул мимо телег, замерших и едва дышащих мужиков, нырнул в хату.

Надолго мои люди не затянули с проверкой:

— Ничего господин.

Наглый добавил:

— Кровь есть, — мужик сглотнул, замотал головой. Наглый тут же с ухмылкой продолжил. — Но старая, уже свернулась по жаре.

Я снова потёр под носом и вздохнул:

— Ладно. Оставьте их.

Про себя добавил, что мне не хватало ещё разборок в лагере, куда же делись люди местного владетеля? Кто знает, может мы под его стенами разобьём лагерь и он заявится к хоу Учлуну в гости?

Повёл рукой:

— Двигаем к лесу.

Да. Там всё оказалось точно так, как я не раз уже видел. Реольцам не нужны были те, кто вис бы на них гирями.