|
- Но ведь для вступления в партию нужны рекомендации! Разве я не могу, кроме обычных, иметь еще одну, собственную рекомендацию? - упрямился Алексей. Александр Григорьевич мягко сказал: - Не подумай, что я тороплю тебя. Я очень хорошо вижу, дорогой мой мальчик, что ты еще не созрел для вступления в партию. Тебе нужно о многом подумать. В решающие дни, Алеша, люди становились коммунистами чаще всего перед боем, а не после боев. Быть может, мы с тобой поговорим об этом позднее... Встречный ветер отчаянно трепал летающую лотку. Она ныряла по прозрачным воздушным волнам, проваливалась в седловины, взлетала на невидимые гребни, ревела, рвалась вперед, крылатая, быстрая. Женя уже не стояла на скамейке, она сидела у стенки, закрыв глаза. "Что это за люди, летчики? Они еще могут шутить!.." Дядя Саша встал. Он опять, как и во время шторма, чуть приседал на немного согнутых ногах, заглядывая в стекла купола. - Остров Дикий, - возвестил он. Женя встрепенулась. Лодка делала над островом круг. В бухте, отделявшей остров от материка, стояло на рейде много кораблей. На серо-голубоватых скалах приютились домики. Мачта радиостанции казалась наклоненной. Самолет кренился, и земля представлялась крутым склоном огромной горы. Покосились и мачты кораблей и портовые сооружения на противоположной стороне бухты. Алексею же снова виделись аплодирующие ему люди... Он был взволнован и счастлив и вдруг - удар. Алексей полетел назад и больно стукнулся затылком о переборку. Дядя Саша поймал падавшую Женю и удержал ее, упершись рукой в стенку. Мимо летающей лодки пронеслась волна со снежным гребнем, а в следующее мгновение куда-то провалилась. И опять удар... - Вот он, встречный ветер! - крикнул дядя Саша. Алеша, морщась от боли, с трудом поднялся на ноги и заглянул в стеклянный купол. Вверх и вниз качались базальтовые скалы, два двухэтажных дома, высокая радиомачта, ветряк. В дверях кабины пилотов показался Костя. - Нормальная морская качка! - ободряюще крикнул он. - Три балла. - Три балла, - повторил Алеша, потирая затылок. - Как же вы садитесь при еще большей волне? - При большем волнении садиться не положено, - весело отрапортовал Костя. - Хорошо, что хоть встречный ветер для нас кончился, - заметил Алеша. - Для тебя? - многозначительно переспросил дядя Саша. - Как знать... Может быть, еще сегодня почувствуешь. "Воздушные мушкетеры", бодрые и веселые, вышли проститься с пассажирами. Роль Портоса, оказывается, выполнял добродушнейший штурман Шевченко, а Арамиса - бортмеханик Аубеков, коренастый, хитроглазый. |
