|
— Я восхищен твоей отвагой, — сказал он. — Да-да, это правда. И как ни странно это звучит, я отношусь к тебе хорошо.
— Ты — безумец! — крикнула она.
— Нет, ты ошибаешься, — ответил она. — Просто я попал в безвыходное положение.
— В таком случае ты чудовище! Исчадие ада! Ты — дьявол во плоти! — вскричала она, ни на миг не отворачивая глаз.
Он вздрогнул и весь содрогнулся, словно от пощечины, но тут же все тело его напряглось, он поднял камень над головой и…
Джессика услышала грохот, потом быстрый топот ног и крики людей. Руперт упал навзничь и вдруг исчез за краем обрыва. Кто-то явно набросился на него и оттащил назад. Казалось, прошла целая вечность, пока над обрывом не появилась голова другого человека.
Лукас, мрачный, с мертвенно-бледным лицом, глядел на нее сверху. Перегнувшись и опустившись через край обрыва как можно ниже, он протянул ей руку и тихо приказал:
— Спокойно, Джесс, подай мне правую руку.
При виде его из глаз Джессики брызнули слезы.
— Я… я… не могу… — прошептала она.
— Можешь, дай мне руку, побыстрее, — велел Лукас, и она подчинилась.
Через пару минут она уже лежала на траве у края обрыва, близкая к обмороку от усталости и нервного перенапряжения. Рядом стояли Адриан и Перри с пистолетами в руках, а напротив них — Руперт с глуповатой ухмылкой на лице.
Джессика не хотела смотреть на Руперта, она не сводила внимательного взгляда с Лукаса. Больше всего ей хотелось оказаться в его объятиях и умолять о прощении за все то, что она сделала. Но выражение его глаз удержало ее на месте.
— Уберите пистолеты, — приказал он, обращаясь к Адриану и Перри, а сам подошел к Руперту.
Он смотрел на бывшего друга с такой ненавистью и презрением, что тот не выдержал и заговорил:
— Предлагаю пройти в дом и объясниться, как это принято среди воспитанных и цивилизованных людей…
Лукас метким ударом в солнечное сплетение оборвал его речь. Руперт рухнул на колени, корчась от боли, но Лукас, дернув за воротник, поставил Хэйга на ноги.
— Предлагаешь объясниться? — тихо переспросил Лукас. В голосе его звучала угроза, на лице появилось выражение брезгливости. — Хорошо, мы все пройдем в дом, но не жди от меня ни воспитанности, ни манер цивилизованного человека.
И резким движением Лукас отшвырнул от себя Руперта. Тот пошатнулся и упал.
— Пошевеливайся, — приказал Лукас сквозь стиснутые зубы. — Адриан, присмотри за ним.
Повернувшись спиной к Руперту, Лукас направился к Джессике, опустился рядом на колени и заключил жену в объятия. Она спрятала лицо на его груди и дала волю слезам.
26
Войдя в Хэйг-хаус, Лукас прежде всего послал слугу за констеблем, дворецкому же приказал приготовить экипажей Руперта, чтобы немедленно отвезти Джессику домой в Лодж. Однако она наотрез отказалась уехать, и после непродолжительного спора Лукас сдался. Он отвел ее в библиотеку, усадил на диван и укутал ей ноги шерстяным пледом. Она все еще дрожала от пережитого напряжения, но теперь почувствовала и озноб — вся ее одежда была влажная, а юбка промокла насквозь. Устраивая жену на диване, Лукас так ни разу и не посмотрел ей в глаза.
Она сидела молча, наблюдая за происходящим.
Оказавшись в привычной для себя обстановке, в собственной библиотеке, которая в то же время служила и кабинетом, Руперт сразу переменился.
По пути в Хэйг-хаус он был молчалив и задумчив, хотя никто ему не угрожал неизбежным возмездием. Теперь он повел себя смелее и, войдя в роль хозяина, попросил Перри налить всем по стаканчику бренди. |