Что она была за девица, если могла сотворить подобное? Не такой она хотела быть. Когда она вернулась в Хокс-хилл, она, конечно, не ожидала, что окажется самой популярной девушкой в округе. Если бы она могла повернуть время вспять, она бы как следует отчитала ту Джессику, которая жила здесь три года тому назад.

А может, Лукас просто преувеличивает? Она очень на это надеялась. Девушка молилась, чтобы то, что она о себе узнала, оказалось преувеличением. Вот какие трудности поджидают человека, который потерял память. Кто угодно может сказать тебе что угодно, а ты не знаешь, чему верить.

Интересно, почему у нее нет друзей? Может, монахини правы и просто прошло слишком много времени? А ведь даже одна-единственная подруга, девушка ее возраста, которая обрадовалась бы ее возвращению, могла бы сделать Джессику счастливой.

«Ты бесследно исчезла в ту же ночь, когда убили твоего отца. Многие считали, что ты убила его… «

Слова, брошенные Лукасом при прощании, гулко стучали у нее в голове. Неужели люди действительно подозревают ее в убийстве отца? Может, поэтому никто не обрадовался ее появлению в Хокс-хилле? Конечно, она-то знала, что не убивала его, но как объяснить, что она уверена в своей невиновности, потому что слышит Голос? Такое никому не объяснишь.

Вздрогнув от внезапно нахлынувших на нее мрачных предчувствий, она отвернулась от избушки и опять посмотрела на тропинку. Возможно, Хокс-хилл ей и незнаком, но уж эту-то дорожку, по которой можно было почти наполовину сократить путь в город, она точно знала. Голос водил Джессику по ней много раз и каждый раз рисовал ей настоящую карту местности. Она закрыла глаза, пытаясь вызвать в памяти запомнившиеся ориентиры.

Позади нее лежало поместье, над которым парил ястреб, следовательно, это был Хокс-хилл. На вершине холма стоял дом, явно принадлежавший состоятельному человеку. Может, это дом Лукаса? Вряд ли. Когда убили ее отца, Лукас еще не был богат, а «избушка» не производила впечатления роскошного дома. Вдалеке виднелся старый замок, по-видимому Виндзорский дворец. Это был самый приметный ориентир в округе.

Она открыла глаза и глубоко вздохнула. Сделав шаг-другой, она быстро пошла вперед, подталкиваемая невидимой силой. Она была абсолютно уверена, что каждый шаг приближает ее к цели, но ей совсем не было страшно. Ее ум был ясен, чувства обострены в ожидании момента откровения.

Солнце садилось за далекий горизонт, тени сгущались. Ветка хлестнула ее по лицу, но она только оттолкнула ее и побежала дальше. Теперь Джессика слышала журчание ручья, бегущего по камням. Так в точности и было, когда она слышала Голос. У нее 6е-шено колотилось сердце, не хватало воздуха. В видениях, которые сопровождали Голос, все было так, как сейчас. И именно в тот вечерний час убийца поджидал ее отца. Разгадка была близко, так близко…

Приглушенный звук выстрела заставил ее остановиться. Спустя секунду она поняла, что выстрел прозвучал у нее, в голове. Прижав руку к сердцу, она оглянулась. В этом месте деревья стояли реже, дорожка выровнялась. А через двадцать ярдов начиналась просека и открывался великолепный вид. Облака над горизонтом, подсвеченные заходящим солнцем, создавали впечатление, что там, вдалеке, стоят могучие горы. Она обернулась, чтобы осмотреть пройденный путь. Если ее Голос принадлежал Лукасу, то он должен был прийти сюда другой дорогой, чтобы опередить ее отца, а затем спрятаться за деревом, в густой тени, чтобы, когда ее отец пройдет мимо, выстрелить ему в спину.

Это было логично, но совершенно неверно. Все было неправильно, потому что она не хотела этому верить. Она не хотела, чтобы Лукас Уайльд оказался убийцей.

Джессика все еще стояла на дорожке и вглядывалась в нее, пытаясь представить себе развитие событий, какими они были в ее видениях, когда вдруг осознала, что стоит совершенно открытая для него. А он был там, на той же дорожке, и в голове у него роились те же мысли, что и у нее.