– Отлично! – такого голоса у отца никогда не было. Если бы он так заговорил со мной, я бы заикаться начал. – Значит так, дорогой мой, я сегодня узнал, что болеет мать уже почти год! Твой покойный папаша объяснил ей, что нечего по больницам шляться и время терять. Все болезни от глупых мыслей. Я уже очень давно работаю врачом и впервые слышу такую оригинальную точку зрения. Особенно если посчитать, что у человека открылось желудочное кровотечение. Когда ты уходил, у матери голоса уже почти не было. Она же шепотом разговаривала! Ваша соседка сказала, что пришла отдать ей книгу, дверь была открыта и мать лежала в луже крови в коридоре. Мать сегодня рассказала мне, что когда поняла, что вот-вот потеряет сознание, сползла с кровати и поползла к двери. Открыть смогла, а дальше выключилась. Это было вскорости после того, как ты ушел. Ещё она мне сказала, что как бы плохо себя не чувствовала, ты ни разу не спросил у неё, что происходит и не нужно ли ей помочь. Ты что, деревянный?!

– Отец говорил, что у мужчин свои дела…

– Твой отец… твой отец, иногда, говорил не совсем то, что нужно! Тебе уже почти семнадцать и своя голова должна быть на плечах! Мужчина нашелся!

– Я не думал об этом.

– Научишься думать. Значит так, до тех пор, пока мать в больнице, ты останешься у нас. Всё это время ты будешь учиться думать, а заодно и мыть посуду. Договоришься с Оксаной и Олегом – они по очереди моют. К матери ты будешь ездить со мной каждый день и, не дай Бог, начнешь там кривиться и пытаться проталкивать в жизнь папины мысли! Ты меня хорошо понял?

– Понял, – голос Артёма прозвучал обижено. – Я, между прочим, могу и к Вячеславу Петровичу уехать.

– Вон телефон, звони иди своему Вячеславу Петровичу. Я подожду. Если ты надеешься, что он жаждет тебя увидеть, то ты ошибаешься. Я с ним уже успел сегодня пообщаться.

Артём поднялся и пошел к телефону в прихожей звонить. Разговаривал он не больше трех минут. После этого он вернулся в кухню. Голос у него был почти жалобным.

– Извините, дядя Лёня, я был не прав…

– Что, Вячеслав Петрович сказал, что не хочет тебя видеть?

– Почти… он сказал, что у матери есть родственники, а ему и своих проблем хватит…

– Ты хорошо меня понял?

– Да.

Артём ушел, а Олег вернулся на кухню. Отец сидел, сгорбившись, как глубокий старик и курил. Глаза его были потухшими, между бровями залегла резкая морщина.

– Это ты? – он поднял голову.

– Па, тете Иде совсем плохо?

– Она умирает, сына, – глухо сказал отец.

– А вдруг это ошибка?

– Не ошибка, – он бросил недокуренную сигарету в пепельницу и сжал виски ладонями. – Боже мой! Сначала Андрей, теперь Ида… а ведь я старший и всё должно было быть наоборот… Самое ужасное, если бы она сказала о том, что у неё проблемы со здоровьем, когда муж умер… Ведь я и мама, сколько ни пытались у неё узнать, почему она так плохо выглядит, почему так похудела, она всё говорила, что это из-за нервов…

– Па, успокойся, – Олег сел рядом с ним. – Ты тетю Иду поддержать сейчас должен, а ты расстраиваешься…

– Ты говоришь, как мама, – отец благодарно посмотрел на него. – Я, кажется, был резким с Артёмом. Он пока поживёт у нас. Ты и Оксана будьте к нему внимательны. Ему сейчас плохо.

– Я бы не сказал.

– Иногда люди в тяжелые моменты ведут себя несколько неадекватно. Позаботьтесь о нем.