— А наладьте Вы, Николай Иванович, выпуск вот такого измерительного инструмента — беру у него лист бумаги и начинаю чертить. Потом потратил, ещё полчаса на объяснения.

— Если я на себя оформлю привилегию, как Вы на это посмотрите, Дмитрий Иванович?

— На тысячу рублей ассигнациями товара в вашей мастерской и партию мне.

— Договорились.

Мы пожали друг другу руки в знак согласия. Хоть видаков и не было при нашем согласии, но я в данный момент не боялся. Обманывать меня Гольтяков, не будет. И не потому, что купцы были уж такие честные. Разные, как и у нас. Для него это была не та сумма, чтобы ссорится со мной. Да и сам Николай Иванович, был порядочным человеком… но и выгоду свою не упускал.

Оговорили посещение его брата, на следующей неделе. До Стефана сегодня я уже не доберусь.

Дома меня уже ждал учитель французского Гаврилов Сергей Иванович. Сорокалетний обедневший дворянин, поэтому и вынужденный подрабатывать. Его угощал Фёдор настоем и печеньем, которое недавно научилась печь Мария. Затягивать я не стал и честно два часа разучивал буквы и заучивал некоторые слова. Произносил их я специально громко, и тщательно записывая.

Фёдор с Марией, находились в прихожей и всё слышали. Это я им так повелел, смотришь, и научатся. Нехватка людей сказывалось на моих планах всё больше и больше. Поэтому я решил схитрить и параллельно попытаться обучить их, хоть чему-нибудь.

Проводив Гаврилова, сел обедать, а вернее ужинать. До конца так и не успел. Ко мне пожаловали гости, Шварц со своим подручным Савельевым.

— Э… Проходите пожалуйста — ну не как я не ожидал такого визита. Что опять случилось?

— Удивлены… ну и правильно. Не только Вам, Дмитрий Иванович, шутить и другим проблемы подкидывать. Вот и я так решил. Что справедливо будет некоторыми и с Вами поделится — Шварц.

— Делитесь — обречённо вздохнул я. Уже понимая, что меня попытаются использовать в деле с «душком».

— Ваш заочно «знакомый» Качуков собрался в дорогу. Подготовлено два скоростных немецких дилижанса и четвёрка быстрых лошадей к каждому. Сейчас они находятся в имении Кологривовой, и похоже, что завтра отправятся в путь — и уставился на меня.

— И Вы, что… хотите, чтобы я отправился за ним и всё выяснил? — через несколько секунд произнёс я. Перед этим мы пристально смотрели друг другу в глаза.

— Да — спокойно произнёс полковник, как будто это надо съездить в соседний магазин за водкой.

— А Ваши люди? — удивляюсь я.

— Да не могу я Вам дать никого, кроме Савельева. Нет свободных людей.

— Что-то Вы темните, Сергей Павлович. Наверное, там чьи-то очень большие интересы и Вы не хотите подставлять своих людей?

— И это тоже. Да и денег у меня нет… на это преследование — немного смутился он.

— Великолепно. Ещё и это всё и за мой счёт. Дела-а.

— Но кто-то должен и об Отечестве думать! Почему не Вы? Вы же так красиво передо мной рассуждали.

Вот так вот. За мой же длинный язык меня и наказывают. Это тебе не 21 век, что хочешь то и мели, и особых последствий не будет. Тут всё по-другому, дворянину 100 раз надо подумать, прежде чем к чему-то призывать или давать конкретные обещания.

— Но у меня и оружия толком нет, нет лошадей. Да снаряжения даже нет, для долгой дороги — ага буду я им ещё и своими ценными образцами воевать.

— Давайте деньги, лошадей Вам Савельев доставит от Гартунга. У нас с ним договоренность.

Глава 8

— А как же это будет…? — растерялся я.