— Анджей Радомирович а ты знаешь какую он штуку сделал. Нет? Душ.

— Я уже видел его в Людиново — Новак.

— Нет, такого ты не видел. Пошли, покажу. А то вот я подумываю… может мне поставить такой у себя.

Ух, гроза миновала или отложена. Вот же умудрился мне Мальцев внушить почтение к себе, прямо как к отцу.

Потом они вымылись, расселись в гостиной, попивая отвар, который им понравился, с мёдом и позвали меня. Чай-то не захотели.

— Так, во сколько тебе такой домик обошёлся? — Мальцев.

— Ну, точно я сказать не могу, тем более часть металлических вещей была заранее сделана. Но где-то 1500–1600 рублей ассигнациями — чуть, чуть прибавил я.

— Дорого. Да и домик совсем не велик — Новак.

— Совсем не велик. Дорого — констатирует Мальцев. — А в Москве такую печь, чтобы на угле работала поставить можно?

— Не знаю, смотреть надо.

— Вот и посмотри и составь план.

— Но — было я.

— Неужто много с нас запросишь, а Анджей Радомирович? — и посмотрел на Новака.

— Да тут не в этом дело.

— А в чём?

— Мне даже дом не на кого оставить. С кухаркой не знаю, что делать. Она мещанка. Ездить туда-сюда надо. Фёдора одного на всё не хватает. Людей нет — подвожу итог.

— А как же с охраной? — Новак.

— А — махаю рукой — плохо, но пока бог миловал, но это ненадолго, скоро полезут попробовать.

— Кухарку оформи в услужение на долгий срок. Троих дворовых из служивых я тебе подберу и перепишу, хватит? — повеселевший Мальцев.

Хотя я не знаю и не понимаю от чего. Надо как-то у Новака выпытать.

— И Фёдора навсегда — наглею я. — Привык я к нему. А то пока другим объяснишь что надо, так быстрее рак на горе свистнет.

— Согласен — улыбнулся Мальцев.

Дальше все пошли спать. А я подумал и спрятал раскладушки в погреб. Во-первых, они все равно не доделанные. А во-вторых не охота опять объясняться с Мальцевым, почему не ему. Вот же ручки загребущие.

Когда утром ели горячий суп приехал Фёдор и привёз колбы. Он уже перекинулся парой слов со слугами, тем более что многих знал.

— Ну, собирай свою лампу — Мальцев — посмотрим, что это.

Сборка прошла успешно, но пришлось закрыть ставни, чтобы посмотреть работу.

— Так, сколько ты говоришь, она будет гореть при одной заправке.

— Ну, надеюсь около двух суток — вырвалось у меня.

— Это равно 5–6 свечам — быстро посчитал Мальцев.

— Это если керосин привозной покупать, но нефти много и болотной и в других местах. А значит, со временем лампы их вытеснят свечи. Да и светят они лучше. А это значит, что в большом помещении будет экономия — говорю.

— Да знаю я твою нефть. Её ещё греки тысячи лет назад, разделяли на части, и греческий огонь с неё делали. А у нас Лайтман в Москве в Берг-Коллегии ещё в 1748 с ней работал. Что-то там вычитал в царской библиотеке и её полностью разделил. И давай хвастаться перед всеми. Вот только, что с этим делать? Как денег заработать? Так и не придумал. А на свои «опыты», шельмец, потратил две тысячи рублей золотом. Ох, тогда Елизавета Петровна и разгневалась. Шуму-у было. Вот и не хотят ей заниматься.

— Что, правда? — вырвалось у меня.

— Так, ты правильно посчитал, что мне не стоит этим заниматься самому? — вернулся к теме ламп Иван Акимович.

— Правильно. Лучше стеклом к ним и можно разные формы делать.