Попили чайку с мёдом за большим столом, ведя разговор ни о чём. Я начал, наконец, осторожный разговор про оружие и выяснил очень неприятную для меня вещь. Да делает, но всё его изделия начинаться от цены в 200 рублей серебром.

— Сколько, сколько? — переспросил я, думая, что не правильно понял.

— А что тут не понятного молодой человек. Мое оружие Сам Императорское Величество хвалит и покупает — поднял руку с пальцем мастер, придавая значимость своих слов.

— А если мне надо добротное боевое оружие, без украшений?

— Идите на тульский завод — закончил за меня мастер.

— Да… дела-а — выйдя на улицу, протянул я.

— Не расстраивайся Дмитрий Иванович. Я думаю, ты сумеешь договориться с Иваном Михайловичем — утешил меня Николай Иванович.

Визит до следующего Гольтякова, пришлось отложить по неотложным делам, навалившимся на меня.

Дома меня ждал Захар Михайлов с моего имения. Пришёл ко мне искать защиту от венёвского купца Хлюбщина, у которого они работали. Он торговал пшеницей, мёдом, кожей и всем подряд, как я понял. И моим крестьянам за работу подсунул гнилое зерно. Хочешь, не хочешь, а разбираться надо. Спускать давать нельзя, иначе вообще, никто считаться со мной не будет.

— А вы сказали, что теперь у вас другой барин? — спрашиваю его.

Вижу опущенную косматую голову, и руки, нервно мнущие шапку-треух.

— Понятно — констатирую безрадостное событие. — «Молодцы», опять на русский авось понадеялись — придётся старосте хороший «пистон» вставить. Ох, прав был Иван Акимович, ох, прав.

Глава 13

Легко сказать, не надавать спуску, а как это сделать практически? Чтобы ехать в имение, надо собирать отряд. В стране из-за плохого урожая, ужасной жары и гибели животных, начался голод у крестьян и малообеспеченных жителей. На дорогах стало совсем не спокойно. Да и не только крестьяне стали грабежом промышлять. Некоторые «благородные» под это дело, тоже маскируются, и не прочь «пощипать» раззяв на дорогах.

Оружия как такового у меня тоже нет. Всё хотел нормального и дешёвого, и вот дождался. Пара пистолетов и сабля Фёдора да мой тесак-мечете, пять баклеров и пять пар наручей, вот и всё оружие в доме. Тяжело вздыхаю и достаю потощавшую кубышку. Отправляемся по оружейным лавкам с Куликом.

В результате долгих поисков и компромиссов, мы купили две четырех гладкоствольные мариэтты по 100 рублей, за каждую и на 20 рублей импортных капсюлей и пороха к ним. Ни наши капсюля, не разнокалиберный русский порох энтузиазм и доверия, у меня не вызвали. Тут мариэтты особым успехом не пользуются, из-за сложности заряжания и цены. Так же и цены на боеприпасы. Хозяин лавки отдал, за что купил, лишь бы от них избавиться. Заказал я и форму для отливки четырёх пуль сразу, но в другой маленькой мастерской. Там я обычно заказывал мелкие части, чтобы не поняли, что это. Свинец легко режется и ножом, лишние соединения отрежем.

Купил турецкий клинок, гаддарэ. Явно трофей с Кавказа, за 65 рублей. В простых деревянных ножнах, но с очень неплохого железа. Длина клинка 65 сантиметров с толстым обухом. Для русских не стандарт. И не кинжал и не сабля. Вот и цена не сильно высокая. Для Фатея, моего следопыта, лучше и не придумаешь.

Заказал два обычных наконечника для копья, с не очень хорошего железа.