Однако когда герцог вошел в гостиную, вместо хозяйки его встретил лорд Карберри. Добыть какую-то информацию у него будет намного труднее.

— Жена нездорова, — проворчал Дэвид вместо приветствия. — Хотя она все равно не пожелала бы вас видеть. Ваше общество нас не интересует.

— Вы рано вернулись в город, — учтиво заметил Куинсберри, пропуская мимо ушей оскорбление Дэвида.

— Прекратите ваши сладкие речи, Джеймс. Я не собираюсь ничего вам рассказывать.

— А вы полагаете, я хочу что-то из вас вытянуть?

— Не сомневаюсь в этом. Похоже, ваша армия шпионов плохо выполняет свои обязанности, но и я вам не помощник.

— Даже если моя цель — помочь вашему другу, графине Килмарнок?

— Вы хотите ей помочь? — фыркнул Дэвид. — Вы?! Думаю, ни один шотландец не сумеет припомнить, когда вы в последний раз кому-то помогали. Если не считать тех моментов, когда вы помогали себе отобрать у них деньги или поместья.

— Я слышал, Карры вернулись?

— Неужели? Вот и прекрасно. Теперь вы плохо спите из-за этого, верно?

— Вы их не видели?

— А если и видел, почему я обязан откровенничать с вами? Послушайте, Джеймс, может, вам нечего делать? А вот у меня полно забот. Я провожу вас.

Дэвид взял субтильного собеседника под локоть. Как многие его соотечественники, лорд Карберри был высок и светлокож, с волосами и бородой рыжевато-соломенного цвета. Спокойный и дружелюбный человек, он обожал сельскую жизнь, охоту и рыбалку, и мужчины вроде Куинсберри, с их стремлением творить зло, не вызывали в нем ничего, кроме презрения. Когда, разумеется, он брал на себя труд их замечать. Вынудив лорда-хранителя малой королевской печати направиться к двери, он вытолкнул его в переднюю и объявил лакею:

— Покажи ему выход!

Роксана жила затворницей ровно две недели. Она была счастлива со своими детьми и наслаждалась тем, что была далека от интриг окружающего мира.

Робби посылал ей цветы, подарки, записки с извинениями и признаниями в любви, но Роксана возвращала все подношения, даже не посмотрев на них. Она никак не могла забыть всего, что случилось. И по-прежнему не была уверена в своих чувствах. Однако когда она услышала от Амелии, что Карры выиграли дело в суде и вернули себе титулы и поместья, искренне обрадовалась.

Через несколько дней за чаем Амелия упомянула о том, что братья Карр появились на званом ужине у Дженет Линдсей.

— Вижу, Робби не теряет зря времени, — ехидно заметила Роксана.

— Ее муж хотел первым поздравить братьев, после того как они вернули свою собственность, — покачала головой Амелия. — Они с Джонни старые друзья.

— Не сомневаюсь, что теперь, когда Джонни ей недоступен, Дженет обратит свой взгляд на Робби.

— Ты же знаешь Дженет, — уклончиво пробормотала Амелия.

— Понятно. И как вел себя Робби?

— Был очень любезен, полагаю.

— Насколько любезен? — процедила Роксана.

— Ты вернула все его записки и подарки, включая те сказочные бриллианты.