Она повернулась к нему. Но лицо, которое предстало его взору, было лицом незнакомки: бледное, изможденное, хмурое, удивленное.

– Кто ты? – прошептал он.

– Но ведь ты знаешь меня! Я Леди Острова!

– Нет… Нет…

– И все‑таки это я.

– Нет.

– Зачем ты пришел ко мне? Тебе не следовало приходить, потому что ты Понтифекс, и скорее мне пристало искать тебя, а не наоборот.

– Понтифекс? Ты хотела сказать, Коронал.

– Ах, я так сказала? Тогда я ошиблась.

– А моя матушка? Где она?

– Это я, Валентин.

И действительно, изможденное бледное лицо оказалось всего лишь маской, которая становилась все тоньше, пока не отпала, как лоскут старой кожи, чтобы открыть восхитительную улыбку его матери, ее навевающие умиротворение глаза. Но и они, в свою очередь, исчезли, и показалось истинное лицо Леди: она плакала. Он потянулся к ней, и его руки прошли сквозь нее, и он обнаружил, что остался один. Больше в ту ночь она не возвращалась, хоть он и разыскивал ее из видения в видение, бродил в плоскостях столь пугающих, что с радостью вернулся бы, если бы мог; в конце концов он оставил поиски и погрузился в глубокий сон без всяких сновидений.

Когда он проснулся, утро было уже в разгаре. Совершив омовение, он вышел из комнаты и обнаружил у входа Карабеллу: осунувшаяся с покрасневшими глазами, она, похоже, вовсе не спала.

– Что скажет мой лорд? – сразу же спросила она.

– Я ничего не смог узнать. Мои сновидения оказались пустыми, а Леди не стала со мной разговаривать.

– Ах, любимый, как жаль!

– Сегодня я попытаюсь еще раз. Возможно, я перелил себе сонного вина или недолил его. Верховная жрица даст мне совет. Ты что‑нибудь ела, Карабелла?

– Давно. Но я позавтракаю с тобой, если хочешь. Слит хочет тебя видеть. Ночью пришло какое‑то срочное сообщение, и он все рвался к тебе, но я не пустила.

– Что за сообщение?

– Он мне ничего не сказал. Послать за ним прямо сейчас?

Валентин кивнул.

– Я подожду там, – сказал он, показывая на выходящий к морю портик.

Слит привел с собой какого‑то незнакомца: худощавого гладкокожего человека с вытянутым лицом, широким лбом и угрюмым взглядом. Тот торопливо сделал знак звездного огня и уставился на Валентина так, будто Коронал был каким‑то инопланетным существом.

– Ваша светлость, это И‑Уулисаан, который ночью прибыл с Цимроеля.

– Необычное имя, – заметил Валентин.

– Наш род носит его уже много поколений, мой лорд. Я имею отношение к сельскохозяйственному управлению в Ни‑мойе и прибыл к вам с дурными вестями с Цимроеля.

Валентин почувствовал, как у него сжалось сердце.

И‑Уулисаан подал пачку бумаг.

– Здесь все описано, мой лорд: все подробности каждого заболевания, район распространения, размеры ущерба…

– Заболевания? Какие заболевания?

– В сельскохозяйственных районах, мой лорд. В Дулорне вновь появилась лусавендровая ржавчина, а к западу от Рифта наблюдается вымирание деревьев ниук, поражены также стаджа и глейн, а корневые долгоносики напали на рикку и милайл в…

– Мой лорд! – вдруг закричала Карабелла. – Смотрите, смотрите туда!

Он резко повернулся к ней. Она показывала на небо.

– Что это?

Валентин с тревогой посмотрел вверх. Там, несомая свежим ветерком, перемещалась диковинная армада крупных, сверкающих на солнце, прозрачных существ. Ничего подобного ему видеть не доводилось. Они появились внезапно, с запада. Их круглые тела равнялись в поперечнике росту среднего человека, а формой напоминали перевернутые с целью придания плавучести блистающие чаши, из которых со всех сторон торчали прямые мохнатые лапы.