Маг колебался. Ставки в игре слишком велики. Наверняка д'айдрэ прослышали об Аль Эксее. Или запереть чужеземца в замке? Нет, подобная неосмотрительность только подогреет интерес. Пусть все идет своим чередом, пусть житель ХарКова наслаждается мнимой свободой. На самом деле он будет слепо выполнять волю верховного мага, постоянно находиться под присмотром агентуры Эоборуса. Так он не вызовет подозрений д'айдрэ. Скорее наоборот, заслужит их доверие и благосклонность. Хотя, разве можно ждать чего-то хорошего от этих непредсказуемых и высокомерных созданий? Но, в любом случае, их повышенного внимания к персоне Аль Эксея удастся избежать. Да и сам пришелец окажется на коротком поводке.

— Ладно, пойдем, — Эоборус встал и двинулся к двери. Леха последовал за ним. Теперь он хотел как можно скорее покинуть каменное убежище коралтарского барона.

В коридоре их поджидал рыцарь с горящим факелом в левой руке.

— Энифар, — обратился чернокнижник к воину. — После долгого путешествия наш брат желает наведаться к брадобрею. Смотри только, никаких глупостей!

— Будет исполнено, мой господин, — охранник вытянулся струною и вздернул вверх правую руку.

— Вот и чудесно, — удовлетворенно молвил Эоборус. — Аль Эксей, остаешься на попечении доблестного Энифара. А я, пожалуй, займусь неотложными делами. Встретимся вечером.

— До свидания, — следопыт робко попрощался. Конечно, следовало сказать что-то иное. Но не кричать же «хайль» в самом деле?

Не успел Алексей довести мысль до конца, как Эоборус бесследно исчез, растворился в сумрачных лабиринтах замка. Минуту назад копарь чувствовал едва ли не общность душ с этим интриганом и средневековым фашистом, а теперь нисколько не сожалел о его исчезновении. Скорее радовался тому.

Теперь все внимание следопыта переключилось на нового опекуна. Энифар, как мог судить Алексей, принадлежал к черной гвардии братства, высшей касте организации. При скудном свете факела великий герцог не мог толком разглядеть одеяние воина, но какое-то внутреннее чутье заменило зрение. Впрочем, ничего необычного следопыт не увидел. Поверх плотной кожаной рубахи Энифар носил кольчугу. Кожаные штаны, сапоги, окованные железными пластинами, такие же перчатки да шлем составляли доспехи телохранителя. В глаза бросилось черное одеяние с белыми зиг-рунами на груди и спине. Одежда та напоминало простыню с отверстием для головы, и была схвачена кожаным поясом с бронзовой пряжкой. Висевший на левом боку на широкой перевязи длинный одноручный меч надежно фиксировался на поясе бронзовыми зацепами.

— Ну, пойдем, — Энифар криво усмехнулся в густую бороду.

— Пойдем, — ухмыльнулся в ответ Алексей.

Они долго шли полутемными коридорами, время от времени натыкались на вооруженную охрану. Возможно, в том был определенный умысел. Либо Эоборус приказал путать следы, либо просто хотел показать силу братства. Следопыт поначалу ради развлечения считал часовых, но дойдя до второго десятка, бросил. И без того понятно, штурмовать замок себе дороже, а бежать и вовсе бессмысленно. Враз прирежут.

В каменном мешке крепости Алексею стало изменять чувство времени. Казалось, ходит тут уже битый час. Неторопливость Энифара начала понемногу раздражать. И Леха обрадовался, когда наконец-то удалось выбраться во внутренний двор цитадели.

Он очутился на дне глубокого колодца. Пахло конским навозом, сеном, кожей и помоями. Небольшую площадку, аккуратно выложенную булыжником, едва освещал солнечный свет. Здесь царил легкий сумрак, и утреннюю пору можно легко было перепутать с вечерней.