— Эй, Тун. На выход.

— О, а вот и по мою душу, — оживился курокрад. — Ладно, Аль Эксей, не плачь. Выкрутимся как-нибудь. Чай, не впервой.

— Заткнуться! Руки за спину. Тряси копытами, — командовал охранник.

Тун обернулся напоследок, подмигнул Лехе и пошел вперед. Лязгнул замок. Вскоре блики факела исчезли, голоса смолкли. Все утихло. Кругом вновь воцарились полутьма и тишина. Следопыт слышал шум крови, бегущей по жилам. Где-то с потолка упала капля и едва не оглушила Алексея. Почему он раньше ничего не слышал? Наверное, болтливый Тун тому виною. Куда его увели? На суд барона или на экзекуцию? А воришка молодец. Хорошо держался, не ныл, сопли не пускал. Интересно, сойдет ли ему с рук на этот раз?

Мыслями теми великий герцог пытался скрасить навалившееся на него одиночество. Одиночество, ожидание и полная неизвестность действуют на человека лучше палача, искушенного в пыточном деле. Собственные страхи могут легко свести с ума. Далеко не каждый готов вынести холод тюремных стен, звуки сочащейся с потолка воды, всепроникающую вонь и неизвестность.

Следопыт старался думать о чем-то приятном и светлом, но в голову лезла всякая гадость. Мерещились средневековые орудия пыток, лужи крови, крики несчастных и костры инквизиции. Тешила лишь слабая надежда на всемогущего Аакхабита. Хотя, с другой стороны, доверяться ему совершенно невозможно. Древнему демону абсолютно все равно в чьем теле существовать. В обличии черного следопыта или коралтарского стражника. Но, если случится непоправимое, то вся работа Салативара пойдет коту под хвост. Начинай все сначала. А какой ему в том смысл? Нет, как ни крути, но Леху ни Аакхабит, ни Салативар просто так не бросят. Для этого должна найтись весомая причина. И копарь очень надеялся, что отсидка в коралтарской тюрьме не из их числа.

Время шло мучительно медленно. Алексею казалось, что невидимый изувер изводил его с тайным умыслом, пытая неопределенностью. Следопыт успокаивал себя лишь тем, что бюрократия всесильна не только на Земле, но и здесь. Пока клерки заполнят бумаги, доложат начальству, пройдет немало времени. Да и руководство должно принять решение, довести его до исполнителей.

Свет в узком окошке померк. Наступил вечер. Вновь загремело железо, ослепительно вспыхнул факел стражи. Охранник принес кусок хлеба и миску какой-то баланды. Леха мучился жаждой и оттого вылакал всю жижу, хотя ее вкус и запах не возбуждали аппетит.

Ночью Алексей замерз. Он свернулся калачиком и стучал зубами. До самого рассвета он боролся с холодом и запахом гнили. После здешней тюри его стошнило прямо на солому. Теперь он понял за что башню называли Гнилой. Наверняка тут встретил смерть не один узник.

В какой-то миг Лехе показалось, что он бредит и его охватил жар. При таком сервисе подхватить воспаление легких не составляло особого труда. Силы покидали тело. Давала знать о себе и бессонная ночь. Следопыт прислонился к стене и задремал. Он провалился в бездну сна, летел в пропасть забытья. Резкий окрик вернул его в камеру, полную сырости, нечистот и палочки Коха.

— Эй, зеленый! — Алексей услышал человеческую речь и встрепенулся. Его словно кто током ударил или окатил ледяной водой. Сон как рукой сняло.

— Встать! Грабли за спину! Не оборачиваться! Давай, шевели обрезками. Хандырь веселее.

Тебя давно ждут.

— Кто? — выдавил из себя великий герцог.

— Сейчас узнаешь.

Глава 6. Великий магистр

Всю ночь Гвинедера, великого магистра братства Двух молний и самого богатого жителя Коралтара, терзали кошмары. Проснулся он в дурном расположении духа. Долго лежал в постели, пытался найти объяснения видениям, но так ничего путного и не придумал. За завтраком он все же решил обратиться за толкованием к Эоборусу, верховному магу братства.