— О, да я смотрю, ты парень здоровенный, — удивился Тун, оценив рост новичка. — И как такого жердяя завалили? Поди, всей кодлой навалились. Так как, говоришь, кличут?

— Алексеем кличут, — нехотя ответил великий герцог. — По-вашему Аль Эксей.

— Так ты еще и нездешний?! — последнее обстоятельство несказанно развеселило Туна. — Да, брат, хватают нынче не только коралтарских, но и чужеземцев. Видать, к войне. И за что, говоришь, тебя упекли?

— Ясное дело, ни за что.

— Понятно. Так все говорят. А меня, думаешь, за что? За поганую курицу. Ей цена в базарный день три арда, а меня в темницу. В жизни не видел простака, который бы сказал, что попал в тюрьму за дело. Все кругом невинные аки овцы. Ладно, баронским холуям плети что хочешь, а со мной не дури. Я ведь такой как и ты…

— А вот ты скажи, Тун, — перебил Алексей собеседника. — Только без обид. Ты ведь голодранец. Ни кола, ни двора. Когда у тебя в последний раз деньги водились? Знаю, за украденную курицу нужно штраф заплатить. А не заплатишь, так руки лишишься. Верно?

— Ну, — буркнул Тун.

— Предлагаю сделку, — продолжил следопыт. — Если выберусь отсюда, то постараюсь и тебя вытащить. Но услуга за услугу.

— Вот ты даешь, малый! — рассмеялся курокрад. — Ты себя-то вытащи! Да и денег у тебя никаких нет. Теперь ты такой же лохмотник как и я.

Сердце Алексея екнуло, провалилось в пятки. Он не на шутку испугался и удивился собственной беспечности. И как ему не пришло в голову проверить содержимое карманов? Тун оказался прав. Стража выбрала все подчистую. Ни денег, ни мобилы, ни ключей от квартиры, ни жевательной резинки теперь у него нет.

— Охолонь, паря, — менторским тоном произнес Тун. — Сиди и не рыпайся. Оно понятно, невелико удовольствие чалиться в Гнилой башне. Да только как я помогу тебе, ежели не знаю, кто ты, откуда, да за каким хорсом угодил в лапы барону. Валяй, выкладывай, а там решим чего делать.

В доводах курокрада Алексей увидел определенную логику. В самом деле, кто лучше местного воришки знает как выкрутиться из всей этой истории? Да и скрывать особо нечего. Разве что за исключением некоторых мелочей, вроде портала, Салативара и поиска Бессмертной. За подобные россказни запросто можно угодить если не на костер, то на плаху или на виселицу, потому как местному обществу едва ли известны такие плоды гуманизма и просвещения как богадельни и приюты для умалишенных.

— Ладно, уговорил, — согласился следопыт. — Да только ничего интересного ты не услышишь. Родом я из далекого города Хар Кова. Не слыхал о таком? Нет? Оно и понятно. Так вот, путешествую я, осматриваю местные достопримечательности. Пришел в Коралтар, остановился в «Четырех подковах». Да только за время странствий малость поиздержался. Решил деньжатами разжиться. Была у меня одна безделушка. Перстень серебряный. Ну, думаю, продам. Глядишь, на какое-то время хватит. Бервис, хозяин трактира, посоветовал пойти к Трэсу, владельцу «Золотой блохи». Старик отвалил три эрба…

— Три эрба?! — воскликнул Тун. — Да за такие деньжищи не только руку отрубят, но и голову снесут!

— Вот заладил! — возмутился Алексей. — Говорю тебе, перстень не ворованный. Мой он! Понимаешь? Так вот, есть подозрение, что этот чертов золотарь и настучал. Уж больно перстень ему понравился.

— Не краденный, говоришь? — задумчиво произнес Тун. — А чем докажешь?

— Ну, блин! Да чем докажу? Пусть отыщется хозяин да заявит, дескать, вот, у меня украли.