— Ага, по деньгам — разобрались. — Я почесал затылок и принялся дальше фантазировать. — Выставить хуббду на посмешище — тоже, запросто. Думаю, в четвертый раз, уже из гостей никто не прибудет? Вот и повод для ссоры, заодно. Ну, а после этого — ждите гостей на орбите, ведь станцию для защиты вы не купили, с соседями поссорились… А там, взбунтовать народ — дело года работы и все — правящее семейство сменилось…

— Бр-р-р. — Амин расслабился. — Аж мороз по шкуре. Гетра, что скажешь? Ты у нас, главная по инвариантам…

— Вот, обязательно надо было, дядя Амин, меня сдать! — Гетра расстроенно отложила вилку. — Всю забаву испортил! А я так хотела среди женатиков покрутится! Он же, теперь, от меня, как от лавового языка, бежать будет!

— Гетра! — Амин постучал пальцем по столу. — Совсем распоясалась, племянница!

— Да прав, он, прав… — Гетра тяжело вздохнула и перевела взгляд своих белых глаз на меня. — Испугался?

— Не дождешься! — Привычно набычился я, понимая, что делая ошибку. — Какой у тебя…?

— 4-НЕ. — Гетра победоносно улыбнулась.

"Это не ошибка, это — катастрофа!" — Признался я себе, но отступать не стал.

* * *

— …Надо было всех, разом, поднимать! — Очередной горлопан от кухонного базара, не на шутку разошёлся, пробиваясь к власти, сосредоточенно топая по головам и оттаптывая мозоли. — Если бы не ваше решение, уже бы давн…

Сложившись в два раза, мужчина рухнул на землю.

— Кат! — Мил отдернул человека, с белым, неподвижным лицом. — Ты, что опять творишь?!

— Избавляюсь от мусора. — Кат легко поднял за воротник "говоруна" и примерился "пробить" с ноги.

— Кат, пожалуйста! — Мил обреченно поднял руку. — Нельзя всех, недовольных, бить… Надо объяснять, вести…

— Их можно вести только на убой. — Кат, седой и страшный, почти под два метра роста, но худой и жилистый, отпустил свою жертву. — Иначе, на убой поведут они. И, всех подряд я не бью!

"Говорун", на четвереньках, резво взял старт и скрылся за дверью.

Любой другой, кроме Мила, мог бы решить, что Кат и вправду собирается прибить очередного слабоумного "депутута", настолько тяжело смотреть на неподвижное лицо, с короткой, белой стрижкой.

— "Ковчег"! — Мил вернулся за стол и обратился к висящему на орбите кораблю. — Сколько ещё демократов осталось?

— Два миллиона, девятьсот одиннадцать. — "Ковчег", за последние пять лет совместного труда настолько "очеловечился", что в его голосе скользила легкая усмешка. — В следующей партии будет 5.000, так что — готовьтесь!

— Кат, предложения есть?

— Фермеры их не примут. Или, сразу отправят на компост. — Кат устроился напротив человека, чьё право держать в руках власть был готов поддержать в любую минуту. — А в городах оставлять — только смуту будут гнать — к делу не приучены, сам понимаешь…

— Это я ещё "известных", до поры, придерживаю! — Обрадовал своим заявлением, "Ковчег". — Тех, что в Европу не успели смыться…

— Как вариант, эту шушеру, демократическую, скомплектовать по требованиям и отправить на острова.