– Судя потому немногому, что вы поведали мне о своей работе, – сказала Мойра, поглаживая пальцами его руку, – вам доводилось ночевать и в более суровых, чем нынешние, условиях.

– Нынешние условия можно назвать наиболее стесненными и холодными, – уточнил Таггарт. – В связи с чем я должен либо выйти из машины и взглянуть на глушитель, либо снять свою мокрую куртку. – Он выразительно посмотрел на нее и прищурился.

– Мое слово в данном случае является решающим? – Она улыбнулась.

Таггарт рассмеялся и внезапно зевнул, к удивлению Мойры.

– Простите, сказывается смена климатических поясов, – торопливо заметил он. – Я в пути вот уже почти сутки, немного притомился, знаете ли. А здесь становится душно...

Мойру вдруг обдало внутренним жаром. Сдвинув колени, она шумно вздохнула и провела ладонью по его колючей щеке. И тотчас же кровь побежала в его жилах быстрее, наполняя силой его мужское естество. Сон у него как рукой сняло. Но Мойра грудным голосом сказала:

– Вам лучше прилечь на заднее сиденье и вздремнуть. Я сама проверю, не засыпало ли снегом выхлопную трубу. Мне это не в тягость, я ведь сова. – Она дотронулась пальцем до его подбородка и снова глубоко вздохнула.

Он инстинктивно взял ее за хрупкое запястье и поцеловал ее ладонь. Мойра затрепетала и затаила дыхание, слегка раскрыв рот. Он понял, чего она от него хочет, и взглянул на ее пухлые манящие губы. Мойра облизнула их розовым язычком.

– Надо обязательно сходить проверить глушитель, – осевшим голосом произнес Таггарт, сам того не ожидая. – А потом попробуем улечься на заднем сиденье вдвоем, так нам будет уютнее и теплее.

– Обожаю практичных мужчин, – выдохнула в ответ Мойра, почти касаясь губами его подбородка.

– Не понимаю, почему мне кажется, что мы знакомы уже целую вечность, – прошептал Таггарт и поцеловал ее в губы.

В отличие от предыдущего этот поцелуй затянулся надолго. Теплые губы шотландки показались ему медовыми, и он не мог от них оторваться, вдруг утратив остатки самообладания и здравомыслия. Мгновенно возникшая у него мощная эрекция, однако, свидетельствовала, что он постулает правильно. Его внутренний голос нашептывал ему, что не следует останавливаться на достигнутом, нужно идти дальше.

Она запустила пальцы в его шевелюру и вцепилась ноготками ему в скальп. Он подумал, что она сходит с ума. Она тотчас же подтвердила догадку, впившись в его губы всем своим горячим ртом, словно хотела поглотить его целиком. Поцелуй стал напоминать схватку двух голодных людоедов, но Таггарта это не пугало, он знал, что амулет его спасет. Салон автомобиля наполнился энергией вожделения.

Давно уже не целовавший женщину, Таггарт наверстывал упущенное, не задумываясь о том, чем закончится этот эротический поединок. Его мужское естество властно требовало непосредственного контакта с телом пылкой дуэлянтки. И, повинуясь зову природы, Таггарт откинулся на спину, увлекая Мойру за собой. Она прижалась к его бедрам и животу всем телом, чтобы не соскользнуть на пол, и для устойчивости уперлась одним коленом в его промежность. Однако маленькие неудобства не охладили пыл американца. Он стал снимать с нее блузку. Подавшись вперед, шотландка прошептала:

– Лучше сразу перебраться на заднее сиденье!

– Да, вы правы, – прохрипел он. – Мы так и поступим, вот только...

Мойра не дала ему закончить, запечатав ему рот поцелуем и надавив на мошонку коленом. Таггарт понял, что теперь не время мечтать о комфорте, и стал стягивать с себя свитер. Мойра осталась в одном шелковом бюстгальтере, соски встали торчком и грозились проделать в нем дырку. Это настолько восхитило Таггарта, что он привлек ее к себе обеими руками и принялся покрывать ее поцелуями, шепча:

– Вы богиня!

– Право же, вы мне льстите, – хихикнув, выдохнула она.