— Это ещё что за штучки? — угрожающе вскинулся Альман. — Что вы тут затеяли?

— Ерунда, не обращайте на них внимания, — сказала Кандида, садясь поудобнее. — Они просто дурака валяют. Я не стану вас представлять, потому что они уже уходят.

Она небрежным жестом подозвала официанта:

— Попросите, пожалуйста, Альберта подойти сюда.

Официант поспешил выполнить просьбу.

— Это мы-то валяем дурака? — возмутился О'Рурке, откручивая почерневшую лампу-вспышку. — Да мы уже две недели охотимся за Кандидой Морз, чтобы заснять её в деле. А что толку от такого фото, если мы не знаем имени её сопровождающего? Теперь — другое дело.

— Кандида, — пробормотал Альман. — Мне кажется, не стоит…

— Сядьте, Кларк. Мистер Шейн и его друг разыскивают меня в связи с совершенно другим делом. Мы ведь, кажется, находимся сейчас в черте Майами-Бич, не так ли, мистер Шейн? А вы, если мне не изменяет память, не в ладах с местной полицией. Я могу позвать полицию, но для вас же будет лучше, если вы уйдете сами. И прихватите с собой Тима О'Рурке.

— Похоже, с нами не хотят беседовать, Майкл, — произнес О'Рурке, ухмыляясь. — А я-то думал, ей будет интересно узнать про новую серию репортажей.

— Каких репортажей? — встревоженно спросил Альман.

Он не присел, а примостился на самом краешке стула, не в силах последовать примеру Кандиды, вальяжно откинувшейся на спинку своего стула.

— Я из «Майами Ньюс», — отрекомендовался О'Рурке. — Мы пытаемся вывести на чистую воду одну шайку, занимающуюся промышленным шпионажем под личиной агентства по найму. На меня вечно жалуются, что я отражаю позицию лишь одной стороны. Вот я и хотел дать мисс Морз возможность высказать свою точку зрения.

Кандида насмешливо покачала головой.

— Ох, и лицемер же вы, мистер О'Рурке. Я прекрасно знаю, насколько вы можете быть безжалостным и беспощадным в своих репортажах, и добровольно лезть в петлю не намерена.

Появился официант.

— Альберт куда-то вышел, — нелюбезно буркнул он.

Кларк Альман поднялся.

— Кандида, не стоит связываться с полицией. Давай лучше отменим заказ и поедем поужинать в другое место.

— Боюсь, они все равно за нами увяжутся, — с улыбкой ответила Кандида. — Детективов и репортеров роднит толстокожесть — они совершенно непробиваемы. Так что сегодня ничего не выйдет. Извините меня. Уезжайте отсюда. Я вам позвоню попозже в гостиницу.

— Вы уверены, что так лучше? — спросил Альман, которому явно не терпелось удрать. — В том смысле, что я не хотел бы…

— Все в порядке, не беспокойтесь. Я глотаю частных сыщиков, как канапе.

Для иллюстрации сказанного она взяла с тарелки черенок сельдерея и с хрустом отгрызла половину, обнажив ровные белые зубы. Потом протянула руку. Альман быстро пожал её и шмыгнул к выходу, оглянувшись назад перед дверью.

— Прощай, Трусливый Лев, — презрительно бросила ему вслед Кандида. — И прощайте, мои десять процентов комиссионных. Боюсь, что когда я позвоню в гостиницу, мне скажут, что он уже выписался и уехал. А вы и в самом деле хотите состряпать о нас статью, мистер О'Рурке?

— Я уже обдумываю её, — усмехнулся репортер. — Хотя Майкл уверяет, что если я его послушаюсь, то материал получится сенсационным. А он обычно бывает прав. — Он махнул рукой Шейну.