– Помню, что обещал не тревожить тебя по пустякам, но о о о… ты случайно не видишь, что нам делать?

Жаль, но мимо. Пророческий дар Ольги Апраксиной конкретно здесь оказался бесполезным, и я лишь лишний раз организовал матери приступ мигрени. Загадку колоколов, якорей и гарпунов, – а теперь ещё и красных крестиков, – мне предстояло решать самостоятельно.

– Ну смотри, – начал размышлять Лёха, прихлёбывая мамкин борщ. – Это же типа рейдовый босс, так?

– Так, – кивнул я и порадовался тому, что у брата возникла точно такая же ассоциация, как и у меня.

– И он вроде как неуязвимый, – продолжил Лёха размышлять вслух. – А в играх, оно ведь как? Вспомни хотя бы этого усатого хрена из «Соника», например. Если босс неуязвимый, значит у него должны быть слабые места. Вот только в играх они светятся, – нахмурился Лёха, отломил кусочек бородинского хлеба и закинул в рот. – А тут не светятся. Короче! Я предлагаю вот что. Девчонки всеми силами бафают Костю, Костя танчит, ты прикрываешь его порталами от всяких ядер, а я скачу вокруг и ищу слабые места.

– Звучит, как план, – согласился я. – Но для начала выманим его на красный крест.

– Какой ещё крест?

– Там на полу крест нарисован.

– Правда?

Дальше чуть поспорили про крест. Кто то его разглядел, а кто то нет, не важно…

Важно то, что до самой ночи мы скакали вокруг Андрюши и искали его слабые места. И на крест выманивали, и даже чуть дальше, но всё бестолку. Только задолбались в очередной раз. Как бы ни старался Лёха, и как бы ни был хорош я, – не без хвастовства отмечу, что больше половины ударов, предназначенных Косте, порталами попадали по самому хаоситу, – эта тварь регенировала быстрее, чем мы её портили.

Под конец меня вдруг посетило озарение, – во всяком случае, тогда я так думал, – и я слил чуть ли не последнюю ману на один здоровенный портал. Я сделал его максимально широким и открыл под Андрюшей в надежде на то, что мешкообразный ублюдок провалится внутрь. Выход из этого портала я придумал разместить в нашем тренировочном мире; его в отличии от Кубы и Мытищ не жалко.

Но…

Хрен там.

Почуяв неладное, Андрюша всеми своими отростками намертво вцепился в потолок и падать в портал отказался.

– Всё, – от неуспеха усталость навалилась на меня так, что хоть волком вой. – Нахер. Валим домой.

Итого: бесцельно потраченный день.

Мышцы ноют, шуба воняет, мана на нуле, о настроении и говорить нечего. А ещё за боем мы потеряли связь с реальностью и совсем перестали следить за временем, так что вернулись реально поздно. Во всяком случае, матушка и Роман Романович нас не дождались и легли спать.

Не в силах даже пожрать и помыться, мы молча разбрелись по комнатам и легли спать…

* * *

Проснулся поздно и еле еле успел доставить батю обратно в наш мир. Поговорить мы с ним так и не успели, – даже словом обмолвиться не получилось, – а потому подробности вчерашнего суда пришлось узнавать у мамы.

– Ромочка…

Ох, как же мне режет уши это её «Ромочка».

– … сказал, что всё нормально. Он инсценировал сердечный приступ и слушание пришлось перенести на сегодня.

– А на сегодня у них какие планы?

– А на сегодня у них планов нет, – вздохнула мать.

– Да брось, – я махнул рукой в попытке её подбодрить. – Роман Романович – он же… он же Роман Романович! Что нибудь, да придумает.

Очередной завтрак. Очередное обсуждение того, что будем делать. Вот только… ребята реально устали. Да и я тоже, чего уж греха таить? С большой буквы «З» устали, и никаких перспектив кроме как уставать дальше впереди не видели.