Антон вздрогнул – он что, мысли читает?

– Нет-нет, мысли я читать не умею, – тут же заверил собеседник, щурясь от проглянувшего сквозь палевые облака солнца. – Просто вы могли так подумать… И ведь подумали, верно?

– Ну… да, – честно признался молодой человек.

– Ничего, ничего, это все понятно, – тряхнув головой, Щеголев пригладил рукой растрепанную шевелюру… и та стала топорщиться еще больше. – Извините, я тут о себе разболтался… Давно ни с кем не общался… не с Акулиной же? Что же, давайте поговорим о вас! О вашей… гм… пропаже… Хотя лучше сделаем так – я буду рассказывать, а вы слушать… Если что – поправите. Хорошо?

– Хорошо, – согласно кивнул Антон.

Честно говоря, все эти прелюдии ему уже надоели – хотелось бы…

– У вас кто-то исчез, – прервав его мысли, начал Виктор Иванович. – Пропал, таинственно и необратимо! Кто-то из очень близких… Мать… сестра… любимая девушка?

– Девушка, – молодой человек покусал губу.

– Девушка! Хорошо… Итак, в один далеко не прекрасный момент вы обнаружили, что ваша возлюбленная внезапно исчезла. Не дозвониться, не встретиться… Вообще, не найти. И, самое главное, ее никто не помнит! Ни соседи, ни родственники, ни друзья! Никто, кроме вас. Как будто этого человека и не было вовсе никогда. Но вы-то знаете другое…

– Да! Да! – перебив, взволнованно воскликнул Антон. – Точно так и случилось! И… вы знаете, почему? И что делать?

– Почему – знаю, – архивариус вальяжно положил ногу на ногу. – А что делать – это уже надо соображать, думать…

– Ведь что-то же можно сделать, да? – вскочил на ноги юноша. – Как-то найти…

– Всяко может быть. Темпоральный вектор – штука тонкая и непредсказуемая, – Щеголев покачал головой и снова огляделся по сторонам. Взгляд его при этом сделался вдруг затравленным и жалким, как у старой побитой собаки. Если б архивариус вот буквально только что не описал в общих чертах все, что произошло с Верой, Антон точно посчитал бы его сумасшедшим и тотчас же ушел бы…

Однако пусть даже Щеголев и немного «того»… Но говорил-то он дело!

– Вы кого-то боитесь? – напрямик спросил Антон.

– Боюсь, да… – собеседник нервно обхватил плечи руками. – Боюсь убийц! Да-да! Что вы так смотрите? На меня уже покушались… Стреляли из арбалета! Не знаю, кто…

– Из арбалета?

– Вот именно… Акулина хоть и приглядывает за мной… Впрочем, не только она… Да вот, не доглядели! Тоже мне – спецы!

С ехидной усмешкой Щеголев расстегнул воротник рубашки – жарило. Зачем он вообще надел пиджак?

– Так вы говорили об этом векторе… – Антон попытался направить разговор в нужное русло. Все эти таинственные убийцы с арбалетами как-то его не впечатлили. Как и неустанно следящие за архивариусом неведомые «спецы». Вот тут уж точно – бред! Да-а, что-то с этим типом явно не в порядке. Впрочем – единственная надежда.

– В психушке меня точно убьют, – между тем продолжал Виктор Иванович. – Или залечат. Одно хорошо – уж там-то я смогу говорить что угодно. И кому угодно, включая врачей… Так вот, ваша девушка, как и вы, относится к тому чрезвычайно редкому типу людей, на которых действует темпоральный вектор. Таких на планете, быть может, всего-то полторы сотни…

Юноша вздрогнул – он никак не мог привыкнуть к странной манере собеседника «прыгать» с темы на тему.