- Понимаете ли, в чём дело, товарищ ма... гвардии обермастер, - осёкся он, поймав мой насмешливый взгляд. Я не такой уж крючкотвор; но знал бы кто, как надоело мне обращение "магистр"! По принятой терминологии, магистр - это просто выпускник магического ВУЗа. Любого. Любой выпускник. Вот лично мне, кадровому офицеру, очень обидно так называться. Конечно, понятно, с деревенских спрос минимальный, они и читать-то не все умеют. Но в этой ситуации я решил проявить твёрдость. В конце концов, я представился по званию, два раза, можно запомнить. Тем более, это всё-таки он ко мне с просьбой обращается. Пусть даже согласно уставу и приказам я обязан оказать всяческую поддержку попавшим в беду гражданским в свободное от основной службы время, нигде не написано, что я обязан терпеть неуставное обращение.

   - Завелась у нас в окрестностях о том лете пакость какая-то. Сначала козлёнок пропал, потом корову обглоданную нашли. На волков грешили; зима лютая была, много диких зверей полегло, серые разбойники от голода могли и обнаглеть. А потом люди пропадать начали. Бабка Нюха, потом ещё Савель - он бобылём за околицей жил. Когда мальчонка малой, Иська, сын Рябого, светлая ему память, пропал, поднялись мы всем селом, окрестные леса обошли, кладбища - и новое, и старое, - да только ничего не нашли. Всего за лето шесть человек пропало, боялись поодиночке уже в лес ходить. А как первый мороз ударил, ещё и снег лечь не успел - как ведьма отшептала. Зимой даже волки смирные были. А вот недалече как на рассвете обнаружилось, что опять вернулась, тварь: дед Матай пропал.

   - Совсем пропадали? Или что-то всё-таки находили? - прагматично уточнил я, прицеливаясь к последнему куску рыбы. Я был уже вполне сыт, но оставить такую вкуснятину на тарелке не мог.

   - Только косточки и обрывки одежды, - призрак сотворил распространённый обережный знак, косой крест от плеч до пояса сжатой в кулак ладонью. От него пыхнуло сизым дымом, я закашлялся, а сам хозяин постоялого двора только недовольно поморщился; видать, не впервой так попадает. Из-под стола раздалось насмешливое хмыканье, но Тень предпочёл на этот раз воздержаться от комментариев: кажется, ему тоже было интересно послушать.

   Да, ничего себе у них "пропали"...

   - Какие-нибудь следы?

   - Ничего не нашли, только следы зубов. По всему видать, что-то крупное - зубы как у матёрого волка. А так чтобы прикус было видно или хотя бы размер пасти - нет, всё в лоскуты, - мужчина махнул рукой.

   - Ладно, где останки последней жертвы? - я мужественно отодвинул тарелку с оставшимися яйцами и хлебом, и с удовольствием хлебнул парного молока на дорожку.

   - А... Да тут, недалече, во дворе дома евоного, - беспечно пожал плечами мой собеседник. Я замер, не донеся кружку до стола.

   - Люблю я людей, - прокомментировали из-под стола так, что слышно было лишь мне. - На косточки крестится, а что мужика в его собственном доме сожрали - это между делом.

   - А где остальных находили? - медленно поставив кружку, я внимательно уставился на призрака.

   - Ну, дык, - растерялся он. - Козлёнка с тёлкой на опушке нашли. Нюху тоже в лесу, Савеля подле бани его. Иську на берегу речки, а остальных, почитай, в деревне.

   Из-под стола раздалось пакостное хихиканье, а я рывком встал, отодвинув кружку, и затянул ремень.

   - Али мысль какая появилась, господин офицер? - елейным тоном поинтересовался призрак, тоже вставая.

   - Появилась. Веди к деду этому... Как его? Матай?

   - А, не извольте беспокоиться, следуйте за мной! - радостно протараторил мужик и кинулся к двери.

   Мне бы его радость!

   Ни одна тварь не приблизится к человеческому жилищу.