Глава 30

Приняв душ и отдохнув около часа, я возвращаюсь в больницу. Алексия сопит во сне. Я решаю не будить её. Кристин заходит на пару минут, и мы немного болтаем. Я говорю ей, что остаюсь на ночь, а она отвечает, что вернётся утром, перед началом пар. В конце концов, подстраиваю под себя свой регулирующийся стул и вскоре засыпаю. Просыпаюсь, когда медсестра приходит проверить Алексию. Медсестра говорит мне, что она хорошо поправляется, и похоже, сегодня её отпустят домой.

Когда медсестра уходит, я не могу вернуться ко сну. Солнце едва начинает подниматься. Решаю пойти поискать кофе и что–нибудь поесть. Кафетерий скоро должен открыться. Немного разминаю руки и ноги. Спать на стуле последние несколько дней было тяжело, и моё тело болит. Действительно надеюсь, что сегодня Алексию выпустят отсюда. Я с нетерпением жду, что сегодня мы будем спать в нашей кровати. Слышал, что родители Алексии планируют улететь сегодня, если её выпишут из больницы. Подбадриваю их улетать, потому что, даже если её не выпишут, я буду рядом с ней. Смотрю на свои часы и понимаю, что кафетерий уже должен быть открыт, так что спускаюсь вниз.

Большинство людей не любят больничную еду, но если вы пробудете в больнице некоторое время, то привыкнете к этому. По большей части они готовят здоровую пищу. Нужно выбирать лучшее. Запах еды обрушивается на меня, и я решаю остаться здесь, внизу, чтобы поесть. Не хочу разбудить свою спящую красавицу запахом еды и кофе. Я расплачиваюсь и нахожу место у окна. Похоже, солнце уже поднялось выше, Алексия скоро проснётся. Я ем быстро, чтобы скорее вернуться в её палату. Думаю о вчерашнем дне и по–прежнему задаюсь вопросом, о чём Джулии нужно было говорить с Алексией наедине. Я решаю позволить Алексии самой рассказать мне, когда она будет готова.

Возвращаясь в палату Алексии, слышу, что с ней говорит Кристин. Я приоткрываю дверь, но не шпионю. И замираю из–за вопроса, который только что задала Кристин. Я действительно планирую закрыть дверь, а затем дать им знать, что я здесь. Алексия так быстро начинает всё рассказывать, что останавливаюсь и слушаю. То, что я слышу, приковывает меня к месту, и теперь я слишком шокирован, чтобы двигаться. Моя мама и мама Алексии, Джули, обе знали, у кого сердце Гейба. У Алексии сердце Гейба! Он спас не только меня, но и девушку, в которую я влюблён. Я даже не знал, что Алексия была в той же больнице и в то же время, когда и я. Я благодарен Гейбу за подарки нам обоим – да, это так – но так как я едва принял этот подарок себе, как приму это ещё и для Алексии?

Слышу, как Алексия говорит Кристин то, о чём я никогда бы не подумал. Она задаётся вопросом, не является ли сердце Гейба причиной, по которой она так сильно любит меня. Алексия любит меня? Она никогда не говорила мне этого. Она знает, что я люблю её. Что, если это правда, что меня любит сердце Гейба, а не сама Алексия? Это сумасшествие. В смысле, у нас у обоих органы Гейба. Гейб мертв и больше не испытывает чувства.

Затем до меня доходит. Что, если наши органы свели нас вместе? Как только я встретил Алексию, я понял, что меня тянет к ней. Она чувствует такую же тягу? В моей голове сейчас столько всего происходит, что я не могу мыслить здраво. Алексия также говорит Кристин, что забыла принять лекарства, когда думала об этой новости и уснула в слезах. Поэтому она забыла. Как она могла поступить так с моим братом? Он преподнёс ей такой дар, а она не позаботилась о нём. Это слишком сильно расстраивает меня и прямо сейчас мне здесь не место. У меня такое чувство, будто она предала моего брата.