Запястья и лодыжки девушки тоже были синими. Вероятно, следы остались от веревок, которыми ее связали.

Шарк-шарк-шарк.

Удушение человека – очень личный способ убийства. Огнестрельное оружие или автомобиль гораздо эффективнее, но эти способы не обеспечивают прикосновение и зрительный контакт.

Мэйси подалась вперед, изучая положение тела. Способ убийства и поза, в которой оставили тело, тоже позволяли кое-что узнать об убийце. Поддавшиеся панике и спешившие преступники оставляли тело в мусорном контейнере или в поле, прятали в неглубокой яме или даже в желобе для сена.

Убийцы, отличавшиеся большей методичностью, не ленились устраивать демонстрацию. В том деле, которое она расследовала в Денвере, тела проституток находили обнаженными, с раскинутыми в стороны руками и ногами и отрезанной правой грудью. Убийца хотел их унизить.

– Что думаешь? – спросил Невада.

Мэйси медлила, хотя искушение связать это убийство с делом Тоби было очень велико.

– Многие расследования пали жертвой поспешных выводов.

– Мне нужна твоя оценка.

Рискуя повторить последнюю ошибку, девушка прислушалась к своей интуиции.

– Это парень, которого мы ищем, – сказала она, наблюдая, как слабый ветер шевелит прядь длинных волос убитой.

– Зачем оставлять ее тело здесь? Тоби он спрятал.

– По всей вероятности, Тоби была первой, кого он убил. Она выпила лишнего, он заманил ее на сеновал, а потом что-то пошло не так. Может, она была слишком пьяна. Не получив той порции страха, которую ожидал, преступник переусердствовал и задушил ее. Одному богу известно, как долго это продолжалось.

Невада внимательно разглядывал бледное лицо покойницы.

– Она похожа на Тоби.

– Знаю. Брук что-нибудь сообщила о соседке Дебби?

– Пока нет. – Майкл осмотрелся. – Зачем оставлять ее здесь для нас? Вокруг глухая местность, где тело нашли бы только через несколько недель, месяцев или даже лет.

– Ты сам знаешь ответ. Он видел пресс-конференцию и хочет, чтобы ты понял: он по-прежнему здесь. Что он – сила, с которой нужно считаться.

Мэйси встала, поморщившись от боли в правом колене. Потом обошла тело, пытаясь найти какую-нибудь зацепку, которая поможет лучше понять этого убийцу.

– Ему важно, как его воспринимают. Он дорожит своей репутацией.

– Это чудовище.

– Бесспорно. Но для него важны нюансы, – уточнила Мэйси. – Если мы имеем дело с тем же убийцей, то за пятнадцать лет он повзрослел. Ему нужен более серьезный вызов. Когда простое преследование перестало его удовлетворять, он начал насиловать. А когда и этого оказалось недостаточно, перешел к убийствам. Держу пари, он убивал и в других округах и штатах.

– В те моменты, когда жертва в его власти, он становится для нее всем. – Невада словно размышлял вслух.

– А когда он убивает, то ощущает себя победителем. Уйти от наказания за содеянное – еще одна победа.

– Оставив тело здесь, он облегчает нам его поимку.

– Он поднимает ставки в игре. Все время поднимает ставки. Я почти уверена, что ему сошли с рук другие изнасилования или убийства. А теперь ему нужен более серьезный вызов, чтобы доказать, что он заслужил победу. – Она тряхнула головой, отгоняя жужжавших у лица насекомых.

Под чьими-то ботинками заскрипел гравий – к ним подошла Брук. Она смотрела на убитую, не в силах отвести взгляд.

– Что скажете? – спросила Мэйси.

– Я поехала к Дебби Роберсон.