С экрана смотрело строгое, неулыбчивое лицо молодой девушки лет двадцати. Мэйси перевела взгляд на тело. То же лицо, что и в телефоне Беннет.

– Он охотился не на Дебби, а на Бет, – сказал Невада.

– Он мог следить за обеими, но Дебби неожиданно уехала из города, – заметила Мэйси.

– Оставив Бет одну, – прибавила Брук.

Пока они осматривали тело и землю вокруг него, солнце окончательно взошло. Подъехавший микроавтобус криминалистической лаборатории остановился перед машиной шерифа, и из него вышли два сотрудника, оба в темно-синих слаксах и серых рубашках с эмблемой штата Вирджиния на правом нагрудном кармане.

Невада нырнул под желтую ленту и пошел к ним. Представился, что-то сказал, и они принялись разгружать оборудование.

Беннет смотрела на тело Бет; ее лицо было пепельно-серым.

– Вам уже приходилось расследовать случаи смерти? – спросила Мэйси.

– Автомобильные аварии, взрыв лаборатории по производству амфетамина, ограбление ночного магазина. Но не такой ужас.

Кроу окинула взглядом окружавшие их холмы, покрытые свежим ковром из опавших листьев.

– Сложно поверить, что зло может прийти в такое глухое и красивое место. Но оно здесь. И никуда отсюда не уходило.

– Думаете, он стал осторожнее в области ДНК?

– Именно ДНК связала совершенные им изнасилования с убийством Тоби Тёрнер. Это его подпись. Если Бет Уотсон оставил здесь тот самый парень, он оставил на ее теле и ДНК. Убийца хочет, чтобы мы знали: это он.

От собиравшейся толпы донесся какой-то шум, и Беннет оглянулась, а затем вполголоса, так что слышала только Мэйси, выругалась.

– Здесь Грин.

– Это самое громкое за последние годы уголовное дело в вашем округе. Ничего удивительного.

На Грине были брюки защитного цвета, белая рубашка, ветровка и белая ковбойская шляпа. Бывший шериф вполне мог сойти за представителя правоохранительных органов, и Мэйси задавала себе вопрос, какое впечатление он хочет произвести.

– Он всегда носит шляпу?

– Нет. Это что-то новенькое.

– Пришел на выручку?

– Уверена, он так и думает, – буркнула Брук.

Мэйси уже приходилось сталкиваться с местечковой политикой. Актеры разные, сюжет один: все считали себя компетентнее других и хотели предстать в наилучшем свете. В том числе преступники.

Честно говоря, в этом отношении Кроу не слишком отличалась от Хэнка Грина. Она хотела раскрыть это дело сама. Хотела стать победительницей в своей лиге.

Брук смотрела на Грина.

– Было время, когда я действительно верила в него. И теперь хочу верить. Но, вспоминая о скрытых уликах, начинаю сомневаться во всем, что о нем знаю.

– Именно поэтому он и проиграл. А пока не стоит его злить, – сказала Мэйси. – Грин лучше кого бы то ни было знает этот округ. И может нам пригодиться.

Бывший шериф подошел к действующему и с улыбкой протянул руку. Невада ответил на рукопожатие, но не улыбнулся. Грин слегка наклонился к нему и что-то сказал. Невада выпустил его руку и покачал головой.

– Майкл видел не один десяток таких, как Грин, – сказала Мэйси. – Если тот думает, что сумеет перехитрить его, он глубоко ошибается.

К Майклу подошли репортеры, и он сказал несколько слов для прессы. Когда новый шериф возвращался к остальным, Грин сдернул с головы свою белую ковбойскую шляпу и прижал к груди, изображая скромного слугу народа. Включился софит, в сторону Грина потянулся микрофон, и на него посыпались вопросы.