|
Я, признаться, немного опасался того, что у нее что-то не получится. Слишком еще свежи были воспоминания о том, как совсем недавно Йорка была слаба, и то, как она однажды лажанулась с приготовлением на обед добытого мной на охоте кролика. И я с содроганием ожидал каких-нибудь неприятностей. Но отговаривать и настаивать на том, чтобы это сделал кто-то другой, я не стал. Слишком ярко горели Йоркины глаза, когда она, впервые после долгого перерыва, попробовала применить магию. Оставалось только ждать результатов и надеяться на лучшее. Однако все обошлось благополучно. Мы с удовольствием пообедали и двинулись дальше, А к вечеру дошли до долины.
Долину мы увидели совершенно неожиданно. Она предстала перед нами после очередного поворота, словно какое-то сказочное королевство. Не знаю, почему мне пришло на ум такое сравнение. Наверное, яркие цвета долины напомнили мне картинку из детской книжки. Эта небольшая долина, зажатая со всех сторон горами, утопала в сочной зелени травы и де-ревьев. Среди этой зелени тут и там золотистыми прямоугольниками виднелись участки возделанных полей или огородов. Хрустально-чистая река пересекала долину из конца в конец, а возле самых скал виднелся небольшой поселок. Тропинка, по которой мы шли, вела прямо к этому поселку. - Как красиво! - выдохнула Ларка. Я молча кивнул. Это действительно было красиво. Веяло спокойной жизнью. О таком месте я всегда мечтал - высоко в горах, подальше ото всех, в покое и тишине, да еще в такой красоте… Жить бы здесь и жить! - Йорка, а нам нужно спускаться в поселок? - спросил я. Мне вдруг очень захотелось побывать там, посмотреть на нормальную человеческую жизнь, поговорить с людьми. Да просто поспать на нормальной постели наконец-то! В последний раз я видел нормальную постель в замке у Йорки, а с тех пор… Э-э-э!… Да что говорить-то!… - Вообще-то нет, - задумчиво пробормотала Йорка. - Мы уже пришли А тебе очень хочется спуститься в долину? Я кивнул и уже хотел даже предложить дойти до поселка и немного там отдохнуть (слишком уж соблазнительно он выглядел!), как вдруг за нашими спинами раздался дробный стук конских копыт и из-за поворота выскочил всадник. Конь, увидев нас, замер как вкопанный. Но его хозяин никак не отреагировал на это. В первый момент мне показалось, что человек в седле задремал. И только когда он тяжело качнулся вперед и повалился на шею коня, я понял, что всаднику плохо. А когда мы с Йоркой стащили его вниз и уложили на землю, я понял также и то, ПОЧЕМУ ему стало плохо - две глубокие раны виднелись на его спине. - Чем это его? - спросила Йорка. - Похоже, что копьем, - ответил я, и мне опять стало тоскливо. Ну что за фигня?! Почему даже здесь, среди удивительной красоты, обязательно должны быть колотые и рубленые раны, кровь, смерть и все такое прочее? Человек открыл глаза, взгляд его блуждал из стороны в сторону, пока не остановился на Йорке. Взгляд его стал осмысленным и очень испуганным. Он попытался приподняться с земли, и Йорка заботливо поддержала его голову. Было видно, каких усилий ему это стоит. - Передай… - прошептал он. - Передай, они уже идут… - Кому передать? - деловито осведомилась Йорка. - Старосте… - прошептал человек. - В долине… Торопись… Человек закрыл глаза и расслабился. Тело его обмякло, голова соскользнула с Йоркиных рук. Я понял, что он уже мертв, и поднялся с колен. Йорка тоже выпрямилась и посмотрела на меня. - Ну, что будем делать? - спросила она. Я пожал плечами. До смерти не хотелось ввязываться опять в какую-нибудь историю. |
