— Какими каплями? — Румянцев сфокусировал на мне взгляд.

— Датского короля! — рявкнул я. — Хотя, судя по тому, что писала мне королева Швеции... Нет, не стоит кому бы то ни было пить то, что пьет и жрет наследник датской короны. Это может весьма плохо сказать на здоровье, особенно на умственном. — Я почесал нос, вспомнив про отчет Луизы про финальную стадию полнейшего развращения наследничка. Скоро Данию можно будет брать тепленькой, если никто из знати не подсуетиться заранее. Но знать не подсуетится, Луиза прекрасно знала свое дело. Так что в ближайшую десятилетку нам предстоит первый бескровный раздел Дании. Главное, чтобы Луиза во вкус не вошла. Мне так-то тоже не выгодно Швецию сильно усиливать. — Петька, не нервируй меня.

— Три батальона пехоты и четыре эскадрона конницы, — наконец, отрапортовал Румянцев.

— Что-то до хрена, — пробормотал я, снова приникая к трубе. — А почему Фридрих их с собой не забрал? Считает, что с Ласси тем, что имеется справится?

— Я-то откуда знаю, о чем думает Фридрих и почему от в своей столице довольно внушительное войско оставил, — проворчал Петька. — Наверное, для того, чтобы столицу Пруссии защитить в случае чего.

— Не пытайся язвить, тебе это не идет, — посоветовал я Румянцеву, который только покосился в мою сторону, но ничего не сказал. Просто поднял трубу и принялся разглядывать окрестности.

Постояв еще немного на холме, я спустился к шатру, в котором проходило обсуждение предстоящей кампании.

— Да что тут думать, надо пробовать, — с порога оглушил меня голос Чернышева. — У нас все равно численное превосходство. Генерал-губернатором назначен Рохов, а он не любит рисковать. К тому же, он любит Берлин и постарается избежать больших разрушений.

— Боюсь, что здесь опыт Дрездена не пройдет, — покачал головой Наумов. — Там пруссаков, мягко говоря, не слишком любили. И предпочли сдать город посланникам своей принцессы, как они называют армию Ласси. Здесь же речь идет о защите своей столицы.

— И что ты предлагаешь, вообще не пытаться? Нет уж, такой шанс, когда Берлин почти беззащитен, выпадает раз в жизни. Англичане еще не успели прислать помощь Фридриху, а австрийцы, похоже, пойдут сразу в двух направлениях, и к нам в подкрепление, и на Силезию. Фридриху в любом случае придется дробить силы. А делать это, когда у тебя в тылу армия Ласси? Ну, не знаю, я бы как минимум растерялся. — Ответил ему Чернышев.

— Откуда ты знаешь о планах австрияков? — встрял в разговор Панин.

— Я только что вернулся из Австрии, дурья твоя башка, а там даже шпионов не нужно, чтобы планы Марии Терезии узнать. Тем более, что император Священной Римской империи совсем плох, говорят, ему недолго осталось. И, угадай, кто будет следующим?

— Полагаю, что супруг Марии Терезии имеет весьма неплохие шансы занять эту синекуру, — я подошел к столу, на котором была расстелена карта.

— Ваше высочество, — они вскочили и склонили головы.

— Что мы имеем? — я смотрел на карту и пытался представить, что это такое — взять город. А ведь, если эта авантюра нам удастся, то в учебниках и энциклопедиях в будущем напишут, что именно я взял Берлин. Вот такой я молодец.

— Гарнизон весьма невелик, ваше высочество, — тут же принялся докладывать Чернышев. — Но мы не знаем его настроя на победу. Самим городом руководит генерал-губернатор Рохов, а про него можно сказать, что он крайне осторожен.

— А почему Рохов? — я нахмурился. — Вроде бы Фридрих хотел оставить в Берлине кого-то другого, или я ошибаюсь?

— Рохов упал с лошади и повредил ногу, поэтому король Фридрих в последний момент произвел замену.