— Да что ж такое…

Соня вдруг ощутила на себе пристальный взгляд. Обернулась.

Мужик там стоит на дороге, сигарета уже перчатку подпалила, вот-вот пальцы ошпарит — стоит, глаза пучит, рот до самого пуза открыт.

— Чё надо? — Рыкнула девушка. — Не видал что ли как одинокой женщине живётся? Всё ведь сама, всё сама! — Мужик согласно икнул. — Помог бы лучше, стоит он пялится.

Мужик снова икнул, но помогать не стал — побежал куда-то, активно топая ботинками.

Соня бросила диван на землю. Мебель затрещала и окончательно развалилась на пиломатериалы. Труп в баке лежит, голова вон торчит, рот оскален, глаза белесые выпучены. Пойдёт кто утром на работу, мусор выкинуть решит, а из бака такое вот чудо на него пялится.

— Гы. — Сказала Соня, но оставить труп не смогла, несмотря на то, что шутка показалась ей удивительно забавной. Людям неделю будет о чём поговорить — а какие у них лица будут! Хоть самой с утра на остановку и оттуда на этот магазин смотреть. Наверняка зрелище будет уморительное. Но,оставлять трупы нельзя. От пищи надо избавляться, что б ни получилось как в фильме про охотников на вампиров. Ведь, наверняка, есть такие — они вампиров по трупам ищут и потом убивают их осиновыми кольями. А раз про них фильм сняли, значит, они вполне могут существовать. Не хотелось бы встретиться с такими охотниками. Да и опять же — правительство не дремлет, только и ждёт что бы кого-нибудь поймать и на опыты пустить. Правда-правда — она в кино видела. Всё правительство — маньяки, только и жаждущие кого-нибудь на опыты пустить, что бы потом сделать суперсолдат и воевать с инопланетянами, которые живут на Марсе и мечтают покорить Землю, что бы заживо съесть всех её жителей.

Никак нельзя, в общем, обескровленные трупы где попало бросать.

А диван можно. Их иногда именно так и выбрасывают. Так что, пнув диван напоследок, Соня схватила мертвеца, взвалила на плечо и растворилась словно тень.

Покойного Сафрона так и не нашли. Соня, двигаясь практически только на вампирском форсаже, добралась до заброшенного угольного карьера на окраине города и с силой бросила тело в засыпанный снегом откос. Беднягу расплющило, брызнула кровь, совсем немного — ну, правильно, парень уже окоченел. Бросила и отправилась в обратный путь. О том, что по весне парня таки найдут, она не беспокоилась — не зря она выбрала именно этот карьер. Просто он имел дурную славу. Там жили бродячие собаки, которые время от времени выбирались в частный сектор окраины города, в поисках пищи, среди городских помоек. Крайне сомнительно, что они оставят без внимания столько мяса. К весне от трупа мало что останется. А из-за пары обглоданных костей, раздробленных клыками животных, никто шума поднимать не будет — милиция и так по уши в висяках. Добровольно они новый труп себе в работу не возьмут, ни под каким предлогом. На помойке бросить внутри дивана, мысль из того же ряда. Кинуть, поджечь и огарок сочтут бомжом, который сам себя случайно поджёг — ну а кому нужен этот труп? Помер и помер, возиться с ним…

Когда Соня вернулась, Штык валялся у стены, тихонько посапывая во сне. Олег сидел на кухне, слегка растерянный.

— Привет. — Проговорил он, когда Соня поцеловала его в щёку и уселась на соседний стул. — Сонь, ты не знаешь куда диван делся? Никак не могу вспомнить…

— А! — Она небрежно отмахнулась. — Вы с этим удодом, его подожгли. Пришлось выкинуть. Ты пока спал, Штык и выкинул на помойку.

— Да? — Парень нахмурился, разглядывая поверхность стола. — Нихрена не помню…

— Не переживай, новый купим.

— Ага.