|
— Туман-над-водой нахмурилась и опустила голову. Ее синие глаза потемнели, будто заглянули в какие-то неведомые дали, потом — широко открылись, и все свечи в пещере ярко вспыхнули. — Ты гораздо старше, чем выглядишь, — медленно заговорила светлошерстная фишерка. — Почти в два раза. Половину своей жизни ты провел во сне. А сон… твой сон был о войне. Джек был потрясен. Это еще хорошо, что он не снял шлем! Лицевое стекло хоть как-то скрывало его эмоции, и все же внутри костюма он стал дрожать. — Я вижу пламя. Повсюду огонь, — Туман-над-водой тряхнула головой — Что за ужасный мир! Нет… подождите таким был его конец. Однорукий пробормотал: — О том же говорит и Скалла. Когда-нибудь она сделает с нашим миром то же самое. — Тише! Тише! — зашипели на него. Фишер смутился и опустил голову. Шторм так и не понял — что дурного было в высказывании Однорукого? Может быть, нельзя было прерывать Туман-над-водой, а может быть, не стоило произносить в слух имя бога зла? Туман-над-водой показала лапой на Джека: — У тебя есть долг, рожденный в песке, и закаленный огнем. Не измени ему, — она немного помолчала. — И еще вот что. Шторм закрыл глаза. Он уже не мог слушать дальше. — Спасибо. Вы правильно увидели мою судьбу. Но позвольте напомнить вам, что мы — враги. Туман-над-водой кивнула и встала. — А сейчас посмотрим, куда ты движешься. *** Горной тропинкой они пробирались к трясине. Узкая расщелина расширилась и превратилась в долину, лежащую в чаше гор. Болото было рядом. Джек приметил узкую тропинку, помеченную маленькими белыми камешками, и понял, что вряд ли сможет воспользоваться ею в бронекостюме. Трясина заросла густой сочной травой, она ничем не выдавала себя и постороннему казалась обычным лугом. Фишеры остановились у тропинки и с любопытством посмотрели на Джека. Тихий ветерок ворошил их пушистый мех. Туман-над-водой двигалась легко и быстро, но двум старикам, отправившимся вместе с ней, явно требовалась помощь. Джек собрался с мыслями. — Хорошо, старина, — сказал он сам себе. — А сейчас приступим к делу. Берсеркер почему-то не отвечал, но Джек чувствовал, что дух, затаившийся до поры до времени, прислушивается к его мыслям. Шторм включил энергопрыжок и перевел его на режим парения, а потом двинулся над самой трясиной. Фишеры явно были уверены в том, что Джек сразу же утонет. Шторм подумал, что ему лучше сделать, и стал продвигаться к Скалу, стоящему на противоположной стороне тропы. Там, за трясиной, простиралась зеленая долина с низкими серебристыми деревьями. Шторм фиксировал энергопрыжок и, буквально пулей вылетев из трясины, пролетел над головой Скала и приземлился на краю долины. — Я тренировался. Меня обучали вести войну так, чтобы не приносить вреда окружающей природе, — сказал Джек. — У нас это называется чистой войной. — В этом есть смысл, — кивнул Скал. — Какой толк завоевывать болото, если вы его уже загрязнили? Джек оглянулся. От остальных фишеров их со Скалом отделяло метров сто. — Вернемся? — спросил Шторм. — Пожалуй. — Скал ударил хвостом и осторожно побежал назад по отмеченной камешками тропинке. |
