Сколько можно задавать себе дурацкие вопросы? Все равно никто на них не ответит. Силия медленно открыла глаза и огляделась. Много свободного пространства, света и воздуха. Деревянный пол. Несколько потрясающе красивых модернистских скульптур, очень удачно вписанных в интерьер с финской мебелью. Простые и чистые линии этой комнаты восхитили ее. Почему все жилища Джетро кажутся ей родными, если он сам так далек от нее?

Она прошлась по комнате, любуясь коллекцией абстрактных рисунков, пробежала глазами по книгам на полках. Все предметы были точно на своем месте, не было ничего случайного, беспорядочного. Рядом с аудиоцентром она увидела огромную коллекцию компакт-дисков. Целую полку занимали оперы. Оперы? Джетро? Ничего себе!

Силия рассматривала диски. Они совершенно не соответствовали ее мнению о нем. Джетро ласкал ее с таким глубоким чувством, так хотел доставить ей удовольствие — или ей казалось по неопытности? — а потом обращался с ней так, словно между ними ничего не было. Что-то вроде краника любви и нежности: хочет — включил, хочет — выключил.

Собственное тело предавало ее. Теперь, когда он показал ей, как прекрасна и совершенна может быть близость, один взгляд Джетро неистово ее волновал. Нет, это всего лишь физиология, подумала Силия. Никакого глубокого чувства тут нет, одни мгновенные эмоции с обеих сторон. Гормоны, химические процессы в организме. Вожделение. Что угодно, только не любовь.

Она подошла к высокому окну, оно выходило на реку Гудзон. Буксир тащил баржу под мост. Силия вспомнила, что Джетро оставил телефон, по которому его можно отыскать. Значит, у него в самом деле могла быть деловая встреча. Интересно, он уже позвонил любовнице? Предупредил, что приехал с женой?

«Прекрати, — одернула она себя. — У тебя воспаленное воображение. Никаких доказательств существования этой любовницы у тебя нет. Иди лучше пробегись. Пройдись по магазинам. Посмотри на город, в конце концов. Не сиди тут и не мучай себя».

Силия нашла в сумке спортивный костюм. Было еще вполне светло. Так, сначала пробежка в Центральном парке, потом магазины. Чем угодно занять голову, чтобы не думать.

Она бегала около часа, дыша выхлопными газами, уворачиваясь от прохожих, оглушенная сигналами автомобилей. Потом вернулась в квартиру, приняла душ, переоделась и пошла в сторону Пятой авеню. Вскоре она нашла роскошное платье из переливчатой тафты полночно-синего цвета. Великолепно для папиного вечера. Потом купила книгу о пилотировании самолета на небольшой высоте и журнал «Лыжи».

Около половины седьмого Силия вернулась в квартиру. Джетро не было. Посланий на автоответчике тоже. Сначала она пыталась читать, потом рассматривала абстрактные рисунки, гадая, как Джетро понимает их, какое значение имеет для него та или иная деталь. Очень быстро стало понятно, что она даже приблизительно не может найти ответ ни на один вопрос. Ведь Джетро никогда не говорил о себе, о своих друзьях, о родителях, никогда не рассказывал, как он растил Линди. Мать бросила их совсем маленькими, оставив на попечение пьющего отца. Наверное, это сделало его тем замкнутым человеком, которого знала Силия. Она тяжело вздохнула. Джетро для нее был загадкой, но его тело восхищало и притягивало.

Стоя у высокого окна, она водила пальцем по холодным изгибам ближайшей скульптуры. Без четверти восемь. Он опаздывает на сорок пять минут. Силия решительно вышла из комнаты и толкнула дверь в спальню.

Изо всех сил стараясь не обращать внимания на постель, она открывала ящики комода и дверцы шкафа. Там были разные детали костюмов, одежда, другие вещи, но ничего женского ей не попадалось. В ванной не было дорогого душистого мыла и забытого в укромных уголках белья.

«Я должна презирать себя за это, — думала Силия. — Ревнивая жена шпионит за собственным мужем! Я не в силах вынести даже мысль о том, что у него может быть другая.