А еще он говорил о том, какая замечательная жизнь у нас начнется, когда мы разбогатеем…

Короче, я дала себя уговорить.

А потом я стала подкатываться к Афоне, строить ему глазки и все такое…

А потом пригласила его…

— Домой?

— Ну, не к себе же домой! Глеб для этой цели снял квартиру — на чужое имя.

Я привела туда Афоню, налила ему коньяка, в который подмешала препарат.

Он выпил, не раздумывая…

И препарат начал действовать.

Афоня тут же все выложил — как они прячут прямо там, в гранильном цеху, небольшую часть алмазов, как потом раз в несколько месяцев вывозят их в контейнере с мусором…

Они сделали специальные контейнеры с двойным дном, где прятали алмазы.

Эти контейнеры привозят на городскую свалку, и уже там их подельники достают алмазы.

И вот как раз тогда у них скопилась большая партия алмазов и через неделю они собирались их вывозить.

В общем, мы узнали у Афони все, что надо, и тут он полностью отключился.

Я говорю Глебу — вводи ему противоядие! — а он меня как будто не слышит.

— Вводи, иначе он умрет!

— А что в этом плохого?

— Как — что? Ты что — не понимаешь? Я же с ним в школе училась! Мы вместе росли! Я его сто лет знаю! Да хоть бы и не знала, все равно — он живой человек…

— Подумаешь, человек! Велика важность… а если он расскажет своим подельникам, что мы с ним сделали? Тогда ведь вся наша операция пойдет насмарку!

Тут я поняла, что для Глеба человеческая жизнь — пустой звук… убить человека он запросто может.

— И что — умер этот Афоня? — не удержалась я.

— Нет, я, в конце концов убедила Глеба, что нам его смерть невыгодна. Кто-то мог видеть его со мной, да и вообще, они могут отменить операцию, если у них один член команды пропадет.

Он подумал и сказал, что Афоня, скорее всего, ничего не вспомнит, а если и вспомнит что-то — промолчит, чтобы перед подельниками не подставиться…

Так оно и вышло.

Афоня ничего не вспомнил, и они, как обычно, вывезли партию алмазов в мусорном контейнере.

Мы заранее все рассчитали, поставили на дороге, по которой ехал мусоровоз, заглохшую, недавно угнанную машину.

Мусоровоз остановился, и пока водитель разбирался, Глеб влез в кузов и нашел тайник с алмазами. Афоня все подробно описал, так что мы без труда нашли этот тайник.

Мы с Глебом заранее договорились, что сразу же после операции уедем из Екатеринбурга в какой-нибудь другой большой город, где можно легко затеряться.

Выбрали мы Петербург — у меня же тут квартира, давно еще ее купила, когда от матери какие-то деньги остались, и я более-менее знала этот город. А у Глеба тоже какая-то родственница тут была, — он говорил, что жить у нее негде, но хоть вещи оставить можно…

Также заранее мы договорились спрятать краденые алмазы в надежном месте и на какое-то время затаиться, залечь на дно, пока эта история не забудется, отголоски ее не затихнут, пока нас не перестанут искать…

После того как мы украли алмазы, наши с Глебом отношения очень изменились.

Я видела, что он готов был без колебаний убить Афанасия, и поняла, что меня он тоже запросто может убить, чтобы не делиться со мной добычей. Ну, если даже не убить, то обмануть, перехитрить, сбежать от меня с крадеными алмазами. Кому бы я пошла жаловаться? Так что я очень беспокоилась.

Но он тоже наверняка не доверял мне.

Поэтому до тех пор, пока мы не спрятали алмазы, мы их поделили поровну — иначе боялись бы утратить бдительность, боялись бы даже заснуть.