-  Не тяни резину, рассказывай, кого покалечила.

    -  И ничего я его не покалечила, к тому же он первый начал! - забурлила Любава.

    -  Рассказывай, - остановил ее Изя.

    -  За день до вашего Дня Победы... - начала было Соловейка, но Илюха строго поправил ее:

    -  Нашего.

    -  До нашего Дня Победы я на базар пошла. А там этот Альфонсо Чмоник ошивался с друзьями...

    -  Стоп, - решительно остановил ее Солнцевский. - А Альфонсо Чмоник - это кто?

    -  Посол польский, - тут же влез Изя. - Да ты его знаешь, наглый, как страус, да к тому же весь в перьях, как петух, типа для красоты.

    -  Как же, знаю, - согласился Илюха. - Такого разве забудешь? Только я не знал, как его зовут.

    -  Ну так вот, - продолжила Любава. - Я шла, никого не трогала, он меня хлопнул по по...

    Тут Соловейка залилась густой краской и жутко смутилась. Несмотря на бурное прошлое и буйное настоящее, в некоторых вопросах она была чересчур щепетильна.

    -  Ну я ему и сказала все, что о нем думаю. А он заржал, словно лошадь, и ущипнул меня...

    После этих слов Соловейка залилась краской еще гуще.

    -  А ты? - поинтересовался закипающий Солнцевский.

    -  А я ему мыском ноги по коленной чашечке.

    -  А он? - не остался в стороне от расспросов Изя.

    -  А он меня попытался по лицу ударить.

    -  А ты?

    -  А я бросок через себя с падением.

    -  А он?

    -  А он выхватил кинжал и на меня.

    -  А ты?

    -  А я подсечку и болевой в самое сокровенное место.

    -  А он?

    -  А он за лук схватился. Встать-то он уже не мог.

    -  А ты?

    -  А я ему всю морду расцарапала, - хмыкнула Любава и продемонстрировала коллегам весьма внушительные ноготочки.

    -  Класс! - практически хором воскликнули мужчины.

    -  Да ладно, чего уж там, - даже немного смутилась Соловейка, - любая девушка на моем месте поступила бы так же.

    -  Но не любую я обучал приемам самообороны, - торжественно заметил Солнцевский, явно гордящийся успехами своей ученицы.

    -  Слушай, а чего ты не свистела-то? - удивленно поинтересовался Изя.

    -  Так на базаре дело-то было! - возмутилась Соловейка. - Там же женщины, дети.

    -  Погоди-ка, - спохватился Солнцевский. - А ты в форме была? Ну в смысле, в косухе ходила?

    -  Нет, - призналась Соловейка и подозрительно шмыгнула носом.

    -  А зря! - отчитал подчиненную старший богатырь. - Будь ты в форме, вряд ли он к тебе полез.

    -  Так выходной же был, - начала оправдываться Любава, - и потом, на базар я, как правило, без куртки хожу. В обычном сарафане я незаметная, на меня и внимания-то никто не обращает!

    Тут друзьям оставалось только крякнуть. Любава очень уж сильно недооценивала себя. Даже под мешковатым сарафаном и даже невооруженным глазом угадывались весьма выразительные формы.

    -  Знаешь, ты в город все-таки ходи в косухе, - потеплевшим голосом заметил Солнцевский, - ну или Мотю с собой бери.