— Ну? — спросил Певунов. — Говори, чего надо?

Услышал звонкий смех.

— Ох, мамочка моя родная, не могу! Как на казнь пришел. Да что с вами, дорогой Сергей Иванович?!

Певунов поднял голову, и навстречу ему покатился синий мерцающий блеск. Он не смалодушничал.

— Сядь, Лариса. Не паясничай. Скажи, что тебе нужно. У меня мало времени.

Лариса стала серьезной. Присела поодаль.

— Простите, Сергей Иванович, но мне показалось… Простите, что побеспокоила, разве я не понимаю… государственные заботы, обязанности перед обществом, а тут глупая девчонка со своими капризами…

— У тебя закурить нет? — спросил Певунов. — Я свои на работе оставил.

Лариса изумленно вскинула ресницы, быстро раскрыла сумочку, протянула пачку «БТ». Певунов прикурил, дал огоньку и Ларисе, жадно, облегченно затянулся легким табаком.

— Сегодня немцев принимали из ФРГ, — поделился он с ней, как со старым приятелем. — Интересные люди. Один в шортах. Полтора часа проговорили, а о чем — так и не понял. Такое соревнование — кто кому приятней улыбнется и первый зубы заговорит.

— У вас хорошая улыбка, — сказала Лариса.

Овладев разговором, Певунов окреп душевно.

— Все–таки что тебе надо? Какая–нибудь помощь?

Лариса подвинулась ближе, глаза ее смотрели доверчиво. Ему остро захотелось протянуть руку и сжать ее плечо.

— Мне правда неловко, Сергей Иванович, но вы показались мне доброжелательным, симпатичным человеком. Вот я и решилась. Знаете, я учусь на экономическом факультете, на третьем курсе. Там требуют, чтобы студенты работали по профилю, иначе не допустят до экзаменов. Может, у вас найдется для меня работа?.. Я на многое не претендую.

Певунов ясно представил, как звонит кадровику, дотошному и вкрадчивому Зильберману, и просит его устроить на службу синеглазую наяду с фигурой Софи Лорен. «Она вам кем приходится, Сергей Иванович?» — подобострастно поинтересуется Зильберман, не упустит случая. «Никем, — отвечает Певунов. — Знакомая просто». «Ах так, — делает вид, что смущен своей бестактностью Зильберман. — Конечно, мы ее пристроим, Сергей Иванович, не беспокойтесь!» И пристроит. А себе в талмудик поставит лишнюю галочку.

— Работу, разумеется, подобрать можно, — пробубнил Певунов. — Но почему именно у нас? Есть же предприятия…

— В нашем городе торг — самое солидное предприятие.

«Верно», — отметил Певунов. Он вспомнил, что в бухгалтерии, кажется, не хватает двух человек.

— В бухгалтерию пойдешь… ну, на первых порах?

— Как прикажете.

— Приказывать тебе будет Василий Петрович — главный бухгалтер, — Певунов усмехнулся. — Уж этот прикажет — ужом завертишься.

— Вы меня за пустышку принимаете и ошибаетесь. Я из здоровой рабочей семьи произошла. Работы не боюсь. Белоручкой никогда не была.

— А где же твоя рабочая семья?

— Папа два года как умер, мама в деревне живет.

Певунов прикурил вторую сигарету, хотя в горле и так першило.

— Чего замуж не выходишь, такая красивая? Хороший муж — жить легче.

Она взглянула на него откровенно вызывающим, дерзким взглядом.

— Мне мальчишки не нравятся, Сергей Иванович. Бывало, да, увлекалась… но это так, игры на свежем воздухе, от избытка сил.