— И зачем тогда они встречались?

— Не знаю.

— Узнай! Что хочешь делай, но узнай. Мне эта встреча ОЧЕНЬ не нравится.

— Узнаю, — твердо произнес Дюбуа.

И удалился.

А король попытался отвлечься от дурных мыслей, погрузившись в текущие рабочие вопросы. С обновленной символикой королевства Галлия он уже все проблемы уладил. А вот с законами. Ведь руки его были развязаны и появлялась возможно ввести единую и общую систему кодексов для всей страны. Упразднив при этом пестроту местных обычаев. И требовалось крепко подумать, что в эту систему кодексов забирать из русских наработок, а что не приживется.

Так что, допив вино, он вернулся к крупной книге, продолжив ее внимательно читать, делая обширные пометки на полях. И даже дополнительные листы приклеивая… в конце концов работа сама себя не сделает, тем более такая важная…

Глава 4

1716, июнь, 28. Константинополь — Мексика

Встречающая делегация стояла на холме и со смешанными чувствами смотрела на приближающийся флот. Большой. Пугающий. Сотни полторы больших баркасов шли огромной стаей, растянувшейся почти до горизонта.

В основном парусные. Но хватало и таких, которые дымили паровыми машинами…

После того, как в Константинополе какие-то злодеи совершили нападение на русских купцов в самом городе и сожгли торговый галеон в порту — запахло чем-то очень дурным. Во всяком случае все, кто хоть немного понимал политическую ситуацию, этот аромат ощутил отчетливо. Словно оказался возле открытых сточных канав.

Потом произошла встреча Петра и Карла в Киеве.

Вонять стало сильнее.

Да и купцы России больше тут не ходили. И вообще не осталось ни одного человека служивого или кто был у них по делам в землях Фракии. Тут уже не самые сообразительные задергались.

И вот — новость — султан весьма радостный вернулся в Трапезунд.

Договорился, стало быть…

Стало совсем душно и страшно. Россия ведь молчала и вроде как не проявляла никакой реакции на те неприятные инциденты.

А потом пришло известие о том, что русские начали удивительно быстро стягивать в бассейн Азовского моря десантные и прочие большие баркасы. И войска. Тут-то греков и накрыло осознание — русский медведь обиделся. Крепко. Перед глазами же замаячила судьба Ливонии и перспектива принудительного расселения обитателей Фракии по их, так сказать, «исконным землям» в глубине России. Но не плотнее одной семьи на село…

Флот тем временем приближался.

Первыми остановились канонерские лодки, вооруженные 6-дюймовыми нарезными пушками. Страшным оружием, способным наносить совершенное опустошение своими снарядами на дистанции в пять-шесть километров. То есть, на две — две с половиной версты. Парировать их было попросту нечем. Ни у эллинов, ни у кого больше. Встали они, сбросив ход. И приготовились к ведению огня — по необходимости.

После чего вперед двинулись паровые десантные корабли.

Несколько минут.

И, уткнувшись в песок пляжа, они откинули носовые аппарели, выпуская на берег морскую пехоту. Оба полка — Черноморский и Балтийский. По слухам — отлично подготовленных и вооруженных. Им даже форму особую дали — черную с золотом, что было особым случаем. Ибо в России держались общей унификации военного снаряжения и обмундирования. Включая единую цветовую гамму мундира.

Бодро высыпали на берег.

Выкатили легкие 3,5-дюймовые нарезные гаубицы. Вынесли крепостные мушкеты. Ящики с боеприпасами. И стали спешно занимать оборону.

Пока без стрельбы.

Хотя довольно многочисленную встречающую делегацию все прекрасно видели.