Изменить размер шрифта - +
Она лишь знала, что вся комната казалась ей залитой солнечным светом и наполненной ликующими голосами ангелов. Шина знала лишь одно — из пропасти отчаяния она вознеслась в рай, и этот рай был в его поцелуе.

Затем они сели рядом на старую дубовую скамью возле камина.

— Прежде чем уехать из Парижа, мне нужно было закончить свои дела, — начал он. — Первым и самым главным из них было получить разрешение короля на мои новые планы и на нашу предстоящую свадьбу.

— Его… разрешение! — Шина с трудом произнесла эти слова.

— Да, у меня имеется бумага, если ты мне не веришь, — с улыбкой ответил герцог. — Но прежде, чем ты дашь согласие стать моей женой, я хочу кое-что у тебя спросить.

Ее глаза слепило счастье, когда она промолвила:

— Что же?

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной, — сказал он и, видя ее удивление, продолжил:

— Да, именно так. Но не в Шотландию, а на самый край света, поскольку именно туда я и отправляюсь и именно туда я возьму с собой тебя, мою юную жену.

— Но я… я ничего не понимаю, — запинаясь, произнесла Шина.

— В новый мир, в Новый Свет, — ответил он. — Мир, который Христофор Колумб открывает для Испании, мир, в котором и Франции уже кое-что принадлежит, и будет принадлежать еще больше.

— И вы отправляетесь туда? — удивленно воскликнула Шина.

— Именно туда и причем надолго, — ответил герцог. — Я устал от Парижа, моя милая Шина. Как и ты, я увидел его злобу, жестокость и лицемерие. Как и ты, я понял, что монархия обречена.

Он замолчал, чтобы поцеловать ее нежную и теплую ладонь.

— Забудь обо всем, что произошло с тобой, — продолжал он. — Такая жизнь недостойна ни тебя, ни меня. Мы найдем свой собственный, добрый и счастливый мир.

— Я по-прежнему ничего не понимаю, — повторила Шина, хоть это больше не имело значения.

Она трепетала от его поцелуев, дрожала от волнения, которое овладело ею, пьянела от близости его рук и губ.

Все, что он говорил, звучало еще прекраснее, чем в это можно было поверить. Но поскольку он ожидал этого, Шина понимала, что должна задавать вопросы и выслушивать его ответы.

— Вот уже в течение трех лет, — рассказывал герцог, — я подготавливаю корабль, тратя на это как свои деньги, так и средства из личной казны короля. Я получил полное согласие короля и герцогини тратить эти деньги от имени Франции и на ее благо. Но я преследовал также и свои интересы.

Я давно хочу уехать; я хочу жить полной жизнью, а не прожигать молодость в глупостях и разврате придворной жизни.

Он обнял ее еще крепче.

— Именно поэтому я оказался в Бресте в тот день, когда ты приехала во Францию, — продолжил он. — Я проверял, как обстоят дела с подготовкой корабля к отплытию. Он был почти готов. Я вернулся во дворец, желая получить разрешение на отъезд. Но потом я понял, что не могу уехать, если ты не поедешь со мной.

— Вы хотели этого… с самого нашего знакомства? — удивленно спросила Шина.

— Думаю, с того самого момента, как впервые увидел тебя, — ответил герцог. — Но я боялся довериться своим чувствам, своей интуиции. Женщины не раз меня предавали.

Я считал, что они всегда будут иметь второстепенное значение в моей жизни, пока не встретил тебя.

— Но вы же так злились на меня, — воскликнула Шина. — Вы совершенно не одобряли моих поступков.

— Я дико, безумно ревновал, — ответил он. — Что касается злобы, я просто очень боялся за тебя.

Быстрый переход
Мы в Instagram