— Вот что. Вы сейчас налаживаете веревочку на следующий дом, и начинаете потихоньку перебираться. А я, пожалуй, рискну заглянуть хотя бы в пару комнат. Может все не так печально, как Сиа нам расписывает.

— Кнут, — Видлок долго смотрел на друга и подчиненного, затем кивнул. — Хорошо. Только, без геройства. Заходишь, видишь, что все глухо и плачевно и обратно. Понапрасну не рискуй.

— Слушаюсь, командир, — Кнут рукой с зажатым в ней мечом несильно ударил себя в грудь с левой стороны в традиционном приветствии подчиненным своего командира, принятым в имперской армии. После этого он, подумав, убрал меч в ножны, и подошел к краю крыши, чтобы выбрать себе окно, через которое проникнет внутрь дома.

Видлок в тоже время подошел к противоположному краю крыши и принялся сооружать их очередной мост. На этот раз крыша соседнего здания была гораздо ближе, и ее силуэт хоть и смазанный, но просвечивал через дымку, позволяя без каких-либо проблем закинуть веревку. Элька готовилась произнести заклинание, а рядом с ней стоял сосредоточенный Тэй, внимательно слушавший и запоминающий, как она это делает.

Сиана, несколько раз обернувшись на мужа, пришла к выводу, что ему помогать пока не нужно, а вот Кнута стоит как минимум подстраховать.

— Кнут, подожди, я с тобой, — она подошла к огромному наемнику и встала рядом с ним.

— Зачем? — Кнут тем временем пытался открыть неподатливую раму окна, опасно свесившись с парапета.

— Чтобы немного тебя поддержать. Я не пойду далеко, просто у окна постою, мало ли что.

— Ладно, только так встань, чтобы при малейшем шевелении смогла уйти. Мне Вид шею свернет, если с тобой что-нибудь случится.

— Я не буду на рожон лезть, обещаю, — улыбнулась Сиана. Кнут, повернувшись к ней лицом, показал сжатый кулак, после чего перекинул свое крупное сильное тело через парапет и исчез в открытом окне. Через вздох за ним последовала Сиана.

Она, как и обещала, остановилась у открытого окна с топориком в руке и старательно вглядывалась в темный силуэт Кнута, который двинулся по комнате. В отличие от дома Лислава свет здесь не зажигался, и ориентироваться приходилось практически на ощупь.

Кнут дошел до одной из стен и двинулся по ней в обход комнаты. Меч, который он вынул сразу же, как только здесь очутился, подрагивал у него в руке. Через пять шагов Кнут наткнулся на полку, на которой стояло насколько предметов. Протянув свободную руку, он коснулся небольшой статуэтки, которая при его прикосновении не рассыпалась прахом, а развалилась на отдельные куски.

— Зараза, — Кнут отдернул руку, но затем поднял один из кусков керамики и внимательно его осмотрел.

— Что там? — в голосе Сианы звучало напряжение.

— Похоже, что клей, который соединял детали того, высох и рассыпался, вот она и развалилась, — задумчиво произнес Кнут, отвечая больше самому себе, чем Сиане. — Похоже, ты, права, здесь нечего делать. Я пройду еще немного, и пойдем обратно, как-то здесь жутк… — Кнут не договорил. Он захрипел и начал заваливаться вперед, пронзенный металлическим жалом, прятавшегося в тени комнаты конструкта. Кнут попытался вырвать это жало из груди, и даже схватился за него двумя руками, отбрасывая в сторону бесполезный меч. — Сиа… беги! — удалось прохрипеть ему. И одновременно с этим предсмертным хрипом сработал его наруч.

Комната осветилась ветвистой молнией и перед распахнутыми в ужасе глазами Сианы предстала жуткая картина: странного вида конструкт, напоминающий льва, но с длинным металлическим жалом скорпиона вместо хвоста, стоял, прижавшись к стене. В том месте, где он прятался, образовалась ниша, выдавленная крупным телом.