Артем бросил докуренную папиросу, затоптал ее и приказал пленным:

- Да идите вы к своим! Представление окончилось!

Он подтолкнул трех отобранных пленных к остальным. Боязливо ступая, не осмеливаясь повернуться к юноше спиной, спасенные пятились к своим. Артем сочувственно покачал головой:

- Как испугались, бедняги!

Он двинулся к товарищам. Диана бежала рядом с ним. И там, где проходил юноша, стихал гул толпы, люди с почтением и страхом смотрели на него, заглядывали ему в рот: не появится ли снова оттуда загадочный дым?..

- Вот какая получилась история, - сказал Артем, приблизившись к товарищам. Он старался казаться спокойным, но это плохо удавалось ему, пережитое напряжение давало себя знать. - Иван Семенович, честное слово, я не мог выдержать... - извиняющимся голосом сказал он.

- Хорошо, хорошо, Артем, - успокаивал его геолог. - Увидим, что будет дальше.

Тут только Артем заметил, что глаза у Лиды влажные. Она плакала?

- Я так волновалась за тебя, Артемушка, - проговорила девушка.

Артем схватил маленькую руку Лиды и взволнованно пожал ее. К ним подошел Дмитрий Борисович.

- Дорогой Артем, - сказал он с чувством, - я горд за вас! Вы настоящий человек! Я... я приветствую вас! - Бородка археолога дрожала.

Артем окончательно смутился. Ну что он такого сделал, все говорят об этом так, словно он совершил подвиг? Иван Семенович не сердится, не ругает его - и это уже хорошо.

- Друзья, внимание? - послышался голос геолога. - Старый вождь что-то говорит про нас.

Действительно, тот отдавал какой-то приказ, указывая рукой на чужестранцев. Затем он властно подозвал к себе вещуна. Старик неохотно приблизился, недовольный и алой. Вождь бросил несколько слов; его собеседник выслушал их со все возрастающим недовольством. Он даже попытался что-то возразить. Но вождь прикрикнул, и вещун покорно склонил голову. Только его маленькие, хитрые глазки так и бегали, а кулаки сжимались в бессильной злобе.

- Какой он противный! - не выдержала Лида.

Артем смотрел не на вещуна. Кривобокий молодой скиф, который встречал старого вождя, не сводил восхищенного взгляда с Лиды. Это не понравилось Артему, и он сердито поглядел на него. Кривобокий заметил это и отвел свой взор от Лиды. От внимания Артема не ускользнуло, с какой злостью взглянул на него скиф.

"Кто он такой? - задумался Артем. - Не из простых, уж очень богато одет. Вон сколько на его платье золотых бляшек. И держится увереннее других. Кажется, он побаивается одного только вождя!"

Тем временем разговор вещуна с вождем закончился. Вещун низко поклонился и отошел. Артем внимательно следил за ним. Проходя мимо кривобокого, он подал ему знак, и тот ответил ему быстрым взглядом.

- О-о, тут что-то не так! - сказал своим Артем. - За ними следует присматривать...

В это время к вождю подошли двое: один - в скромной одежде, с единственным золотым значком на кожаном шлеме, другой - чернявый и безбородый. Держались они спокойно и непринужденно. Старик обратился к молодому скифу с золотым значком на шлеме. Артема поразило, как потеплел суровый голос вождя: он говорил дружественно, даже ласково. Выслушав вождя, молодой скиф поклонился и сказал несколько слов своему безбородому спутнику, после чего оба подошли к пленным. Безбородый спокойно заговорил с ними, как бы стараясь успокоить их.

И тут произошло совершенно неожиданное и важное событие.

- Я... я, кажется мне, кое-что понимаю из его слов... пробормотал Дмитрий Борисович. Все удивленно оглянулись на него. - Да, да, понимаю! Не все, конечно, но... это же тот самый язык, на каком был написан пергамент!

- Что же он говорит?

- Что пленным прощают их бегство...

- Какое бегство?

- Да не мешайте!.. Прощают им бегство, они могут снова работать, как прежде... Ах, как жалко, что не все понял! Он утешает их.