|
Но зимы в Европе не такие лютые как у нас. Зачастую зимой льют дожди и наступает слякоть. Вот и сейчас были такие дни. Обычные мушкеты и аркебузы в такое время часто дают осечки. Вот потому и решил молодой польский король ударить по лагерю моей Первой Дивизии. Мне об этом стало известно из донесений наших лазутчиков в стане врага. Мы разработали свой план. Как только основные силы врага отошли от Зноймо и приблизились и нашему лагерю — части нашей Второй Дивизии перекрыли противнику дорогу назад. А мы вышли из лагеря, как бы предлагая противнику атаковать. И вновь в стане врага возникло недопонимание. Поляки и испанцы должны были ужарить по нам одновременно, но нет. Гусарские хоругви вышли первыми и встали под огнём наших батарей. Героические люди. Ядра сбивали седоков с лошадей, а порой и заваливали коней вместе со всадником. Но гусары неторопливо двигались на нас, ведь разгонялись они лишь на последних трёхстах шагах. (авт отст. Кони с тяжёлым всадником могут скакать десять минут, как очумелые, во весь опор по неровному полю только в кино). Прошлым вечером мои солдаты были землекопами и вырыли пятиметровую канаву двух метровой высоты, а землю наверху аккуратно разровняли и полили водой. За ночь перед канавой получился ледяной панцирь. И вот гусары, эти последние рыцари Европы, разгоняются и летят на жиденькие батальоны моих мушкетёров. Мои не стреляют. Ждут подходящего момента. И момент настал. Первые ряды гусарии нырнули в канаву, а следующие «нажали на тормоза», но не тут то было. И второй ряд и третий рухнули в канаву. И начался отстрел. Ряды мушкетёров подходили к краю канавы и разряжали оружие в упор.
Фу, как некрасиво, — скажут некоторые. А я замечу. В убийстве людей мало красоты. Особенно на войне. Или ты, или тебя — закон джунглей. В это время две сотни моих егерей по балке зашли во фланг противника и оказались в пятистах шагах от ставки польского короля. Несколько залпов по королю и штабным офицерам превратили верхушку того холма в лежбище убитых и раненных. Как позже оказалось, погиб не только молодой польский король Владислав, когда-то претендовавший на московский престол, но и имперский генерал Иоганн фон Бронкхорст-Батенбург, бывший командующим этой сборной солянки. Поляки и запорожцы, забрав тело короля отступили, а их отход взялся прикрывать испанский генерал Гонсало Фернандес де Кордова. Он был командиром Неаполитанской терции уже изрядно прореженной в предыдущих сражениях. У него было три тысячи храбрых солдат и он не согласился сложить оружие. Две Дивизии выкатили орудия и картечью расстреляли храбрецов. Эти храбрые идальго, поняв, что не смогут уйти, бросились на наши пушки в последней атаке и все, как один погибли. Вот это воины!
Глава 18
Из хорошего железа не делают гвоздей, из хороших людей не делают солдат. Древняя китайская поговорка.
Место действия: город Турфан(Могулистан). Время действия: ноябрь 1618 года. Дайчин Кереитов, принц Джунгарии, генерал российской армии.
Пришли письма от отца из Бухары и от царя Виктора из Лейпцига. Отец на мои просьбы о подкреплениях в письме сообщал, что джунгарско-казахские отряды будут ко мне отправлены в конце лета. В Турфан прибудут в начале зимы. То есть уже скоро. Они привезут порох, несколько сотен мушкетов и пистолей, а самое главное три конных единорога и два двухпудовые мортиры лафеты и передки которых удалось отремонтировать. Орудия были сданы в ремонт после нашего выступления из Яркенда. Мы тогда захватили столицу Яркендского(Могульского) ханства без особых проблем.
Прежний хан Шуджа ад-Дин Ахмад-хан был убит и за власть в стране началась война кланов. Мы заняли сторону законного правителя — юного Афак Хана и в сражении под Яркендом разбили войско его дяди Курайш Султана. Мы договорились, что тринадцатилетний владыка Могулистана — Афак Хан женится на моей пятнадцатилетней сестре и принесёт клятву верности моему отцу в Бухаре. |
