– Да, очень может быть. С этого я и начну, – сказал Джон и, взглянув на Кейт, спросил: – Вы побудете с ним, пока я не вернусь?

– Конечно, – кивнула она и, поддаваясь интуитивному импульсу, обняла Тедди, положив руку ему на плечо – как старшая сестра, как мать.

Тедди с благодарностью посмотрел на нее. Он был уже почти взрослый, но в этот момент он как никогда нуждался в помощи, поддержке и заботе.

Мэгги мчалась на велосипеде от дома дедушки к побережью, и белый шелковый шарф развевался на ее шее. На небе собирались грозовые тучи. Миновав гостиницу «Восточный ветер», Мэгги свернула с шоссе, проехала по яблочному саду, неподалеку от их дома, и выехала на неасфальтированную дорогу.

По пути она несколько раз останавливалась, чтобы набрать сухих цветов и травы – и корзина на багажнике ее велосипеда была уже почти доверху заполнена. Грозовые тучи сгущались, и ветер становился сильнее. Мэгги невольно кинула взгляд на маяк. До него было рукой подать, и там можно было набрать спартины. Ей хотелось, чтобы она обязательно была в ее букете.

Проворно вскочив на велосипед, Мэгги поехала к маяку по неровной грунтовой дороге. Холодный ветер хлестал по ее лицу, и глаза у нее стали слезиться. Внезапно ей вспомнилась девушка с фотографии, которую она видела в кабинете отца, и слезы потекли еще сильнее. Это было самое ужасное, что она когда-либо видела в своей жизни. У нее до сих пор тряслись колени при одном только воспоминании об этом. Хорошо, что на ней сейчас был шарф, подаренный Кейт – он придавал ей смелости.

Мэгги остановилась, чтобы перевести дыхание и вытереть слезы. На ведущей к маяку дороге были видны свежие следы автомобильных шин. Вероятно, сюда недавно приезжал смотритель, который постоянно что-то ремонтировал на маяке. Дальше дорогу преграждала цепь, за которой шли две тропинки: левая из них вела к куче строительного мусора, а правая – прямо к маяку. Обогнув столб с цепью, Мэгги поехала по правой. На тропинке тоже были видны следы автомобильных шин, но никаких автомобилей, ни фургонов поблизости не было. Мэгги огляделась вокруг и почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. Она хорошо знала мистера Дженкинса и Калеба, но слова отца зловеще звучали в ее ушах: «Остерегайся водителей фургонов, Мэгги. И вообще людей на машинах. Если кто-то пытается затащить тебя в машину, кричи изо всех сил и беги».

Мэгги не сомневалась, что отец знал, о чем говорил: благодаря своей работе, у него был большой опыт общения с людьми, совершавшими подобные преступления.

Но… ведь Дженкинсы были хорошими знакомыми, и, к тому же, их собственный дом был совсем рядом – не больше, чем в полумиле отсюда. Обернувшись, Мэгги нашла глазами окно своей спальни, и это ее несколько успокоило. Разве с ней могло случиться что-то плохое здесь, практически во дворе их дома?

Мэгги с восхищением посмотрела на мощную башню маяка. Эти белые кирпичные стены могли выдержать любой ураган. Она сосчитала окна на башне: их было шесть по вертикали, и двенадцать по окружности на самой вершине. Может быть, здесь жила принцесса Рапунцель, которая распускала до земли свои золотые волосы…

Мысль о девушке, заточенной в башне, заставила Мэгги похолодеть. Ей тотчас вспомнилась другая девушка – та, которую она видела на фотографии, – с белым как мел лицом и неподвижными остекленевшими глазами.

Сколько девушек убил клиент ее отца… Мэгги не понимала, как люди могут быть такими злыми и причинять страдания другим людям, а тем более – убивать. Она считала, что все должны быть добрыми и всегда помогать друг другу.

Как Кейт, например. Они ведь совсем ее не знали, когда она к ним приехала, но она сразу проявила такое участие: успокоила ее, отправила Тедди в школу, вымыла Брейнера… А потом еще помогла ей с костюмом для Хэллоуина.