Ралина кричала и рыдала взахлеб.

Губы Джерри-а-Конеля были крепко сжаты, глаза его смотрели вдаль, тело ритмично двигалось взад и вперед, в такт гребкам.

— О, спасите нас!

— Спаси меня!

— Ребенок, ребенок…

— Плохой, сумасшедший, печальный, прошедший, прошедший, глухой, одинокий, нормальный, страдалец печальный…

— Замолчите! Мы ничего не можем для вас сделать!

— Корум! Остановите их! Неужели твои защитники не могут им помочь?

— Нет.

— Аааааааа!

— Орум каниш, орум каниш, орум каниш, сашан форум, алан алан, орум каниш, орум каниш…

— Ха, ха, ха, ха, ха…

— Никто, ничто, нигде, никогда, глупо страдать, для чего, зачем…

— Шепчи мягко, шепчи тихо, но шепчи.. шепчи… шепчи…

— Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет…

Корум греб одной рукой, а второй ожесточенно бил себя по голове, словно пытаясь изгнать оттуда многоголосый хор. Обессилевшая Ралина свалилась на дно лодки, и вадагский принц теперь уже не мог отличить ее слезный голос от других голосов.

— Прекратите!

— Прекратите… прекратите… прекратите… прекратите…

— Прекратите…

— Прекратите…

— Прекратите…

По лицу Джерри-а-Конеля текли слезы, но он продолжал грести, ни разу не сбившись с ритма. Один только кот невозмутимо сидел между своим хозяином и Корумом и спокойно мыл мордочку лапой. Для Базилия эта вода не отличалась от любой другой, и он старался держаться от нее подальше.

— Спаси нас, спаси нас, спаси нас, спаси нас… Глубокий, добродушный голос заглушил остальные.

— Почему бы вам не присоединиться к ним? Вы сразу перестанете мучаться.

Бросайте весла, выходите из лодки в мягкую прозрачную воду, и она откроет вам свои нежные объятия. Зачем гордо страдать в одиночестве, когда можно радоваться всем вместе?

— Нет, не слушайте! Слушайте меня!

— Слушайте нас!

— Не слушайте их. Ведь они по-настоящему счастливы. Ваше неожиданное появление мешает им собраться с мыслями. Они мечтают соединиться с вами, соединиться с вами… соединиться с вами…

— Нет, нет, нет!

— Нет! — вскричал Корум. Он выхватил весло из уключины и принялся бить им по воде. — Прекратите! Прекратите! Прекратите!

— Корум! — За все время, что они провели на озере, Джерри заговорил впервые. Он откинулся на борт, стараясь удержать лодку в равновесии. Ралина подняла голову и уставилась на своих спутников безумными глазами. — Корум! Ты все равно не сможешь им помочь! Ты нас погубишь!

— Прекратите! Прекратите! Прекратите! Отняв одну руку от весла, Джерри дернул вадагского принца за край мантии.

— Корум! Опомнись!

Внезапно Принц в Алой Мантии сел на место и посмотрел на Джерии, как на своего заклятого врага. Постепенно выражение его лица смягчилось, и, вдев весло, в уключину, он начал грести. До берега было рукой подать.

— Мы должны как можно скорее высадиться, — сказал Джерри. — Это единственный способ избавиться от голосов. Потерпи, осталось совсем немного.

— Да, — с трудом произнес Корум. — Да… Он продолжал грести, стараясь не смотреть на измученное лицо Ралины.

— Расплавленные спящие змеи, и старые совы, и голодные ястребы наводняют мои воспоминания о Каратату…

— Соединяйтесь с ними, и все их волшебные воспоминания станут вашими.