— Один скалат? — усмехнулся глава дома Амиро. — Сюда стянуты главные силы планеты. Нужно просто пойти и убить эту тварь!

Мудрый Наран промолчал, подавив снисходительную улыбку. А вот я не смогла.

— Поражаюсь вашей беспечности, уважаемый родственник! — папа скривился в сотый раз за нашу пока еще недолгую встречу. — Недавно я наблюдала, как одна самка скалатов едва не погубила двенадцать дахаков и одного очень одаренного таори. То существо, что находится сейчас в доме Ортего, хитрее, опаснее и злее.

— С чего ты решила, что эта самка злее?

— Потому что она боится, ей некуда идти и нечего терять, кроме жизни. А значит, продаст она ее очень дорого.

— Что ты предлагаешь? — вдруг поинтересовался свекр. Неужели, поверил? Он в одну секунду из обиженного царька превратился в собранного руководителя.

Дальше я очень подробно рассказывала о космическом сражении, песне королевы скалатов, а так же, какое странное влияние она оказывает на всех, кроме носителей тао. Исключением не стали даже давно почившие дахаки, ставшие звездными призраками.

— Я думаю, что эта песня позволяет самке загипнотизировать любое существо, не обладающее энергией тао. Почувствовать ее могу только я, но вот противостоять ее песне, мне кажется, смогут и урсуле, — закончила я.

На площади уже яблоку негде было упасть. Летуны опускались на крошечном пятачке, высаживали пассажиров и тут же взмывали в воздух, чтобы уступить место следующим прибывшим.

— Конкретных предложений нет? — уточнил у меня свекр, но не зло и даже без присущего ему ехидства.

— Боюсь, для этого я не владению ни опытом, ни должным объемом информации. Знаю одно, внутрь должна идти я в сопровождении таори. Конечно, я бы взяла с собой дахаков. Так было бы намного спокойнее, но ни один из них не пройдет в парадные двери дома Ортего.

— Ты туда не пойдешь! — отмер молчавший до этого Лорс.

— Что? — как-то растерялась я, резко оборачиваясь к таори.

— Ты. Туда. Не пойдешь. — И взгляд такой, до мурашек пробирающий. Глаза сверкают, а сила выплескивается через край. Поберег бы.

— Я пойду туда, Лорс. И ты об этом прекрасно знаешь! — Грозно смотреть и мы умеем, между прочим!

— Нет, отоми! Я сказал, нет!

И что мне с этим делать? Глупо же вставлять эпические фразы наподобие: «Родина в опасности!», «Враг у стен наших!». Ну, или что там обычно говорят, чтобы воинский дух поднять? А передо мной стояла задача сложнее. Нужно было найти такие слова, которые бы убедили Лорса и в то же время не подорвали его авторитет среди ковена таори.

Глубоко вздохнув, я улыбнулась, подошла совсем близко и заглянула в невозможные, сияющие глаза своего спасителя.

— Тебе будет плохо без меня? — почти прошептала, так, чтобы услышал только он.

— Я боюсь за тебя, — тихо отозвался таори.

— А я боюсь за тебя. Что будем делать?

— Отоми!

— Лорс! Я не хочу жить в мире, в котором нет тебя! Поэтому я иду внутрь с тобой, и это не обсуждается! — Увидев, что мне вот-вот возразят, воспользовалась запрещенным приемом: поднялась на носочки и поцеловала упрямо сжатые губы.

Наплевать, что со всех сторон раздались удивленные возгласы, наплевать, что их женщины не ведут себя так в общественных местах. Сейчас наплевать даже не самку скалатов, потому что Лорс важнее всего. И если нам суждено сегодня умереть, то сделаем мы это вместе.

— Кхе-кхе, я вижу, вы пришли к соглашению, — отмер папа. — А ты, Наран, что скажешь?

Пожилой урсуле улыбнулся.