Господи, почему сильные мужчины всегда горюют так, что у всех кто это видит, душа разрывается в клочья? Нет, они не плачут, но скорбят настолько глубоко, что не почувствовать этого невозможно.

— Его маяк разбили, но сигнал успел уйти в космос, — произнес Лорс, указав на осколки, разбросанные по земляному полу сарая. — Значит, где-то должен быть и челнок. Идем, отоми, нам пора возвращаться. Останки заберут и доставят на Арию.

Таори наклонился и снял с мумии брата гейр.

— Я хочу посмотреть, что он видел перед смертью, — пояснил айрин и вывел меня из сарая.

А я? Хочу ли я увидеть то, что видел перед смертью юный, полный сил паренек? Нет, не хочу, но заставлю себя смотреть, потому что врага нужно знать в лицо.

Мы молча дошли до «леталки». Лорс что-то настроил в апаратуре и вставил какую-то часть гейра, взятого с трупа брата.

— Будешь смотреть со мной?

— Буду!

Айрин кивнул. А дальше… Дальше я воочию видела все то, что по дороге к сараю только представляла. В отличие от Земли, в этом мире скалаты не прятались. Они спускались прямо с неба. Огромные уродливые то ли насекомые, то ли пауки. Снимали свою кошмарную жатву, а потом роем взвивались в небо.

Роем… Внутри что-то екнуло. Значит, наша догадка верна. Можно сколько угодно бить этих чудовищ, но их не станет меньше. Искать нужно матку, и тогда погибнет весь рой.

Легко сказать — искать… Но как? Уверена, на Земле нам просто крупно повезло. Судя по всему нашу планету атаковал молодняк во главе с юной неопытной маткой, а на этот мир напала сила иная, страшная, опустошительная и могучая. Что будет доведись нам столкнуться с нею? На этот вопрос ответа не знал никто из нас.

До корабля долетели молча. Лорс проводил, у дверей крепко обнял и поцеловал так, словно я сейчас была для него всем: солнцем, луной, миром, самой жизнью.

— Отоми, маленькая… — хрипло произнес он. — Я скоро вернусь и буду охранять твой сон. Ничего не бойся.

— С тобой мне ничего не страшно, — шепотом ответила я.

Он ушел, а я долго стояла под обжигающим водопадом, пытаясь смыть страх, и неуверенность. А когда легла в кровать, думала, ни за что не усну. Долго думала, наверное целую минуту.

Мне снились пустые города и деревни. Дома, смотрящие на меня пустыми глазницами окон. Ветер, качающий безжизненные провода и сдирающий старые афиши с фотографиями давно почивших людей. Мне снилась тишина, она сияла алым и сверкала уродливыми фасеточными глазами. А потом…

Потом я проснулась в родных надежных объятьях.

— Отоми, ты кричала во сне. Тебе плохо? — спросил айрин, сверкая невозможными зелеными глазами.

— Хорошо. Мне хорошо, пока ты рядом.

— Я рядом, отоми.

— Поцелуй меня, пожалуйста, — прошу я, и родные губы послушно накрывают мой рот, даря свою сладость.

Я льну к своему невозможному мужчине и пытаюсь впитать его каждой клеточкой своего тела. В его объятьях я забываю обо всем. И все же, все же…

— А планета? Вы нашли корабль?

— Нашли. И Эган отправляется в свой последний путь. Он возвращается домой, малышка. Мы держим курс на Арию. Спи! — И снова приказ.

Слушаюсь, мой командир. Будет все, как ты скажешь.

Глава 15. Не все традиции одинаково приятны

Спустя несколько дней мы с таори стояли на смотровой площадке. Странное ощущение, когда между тобой и космосом всего лишь прозрачная перегородка. Дикая смесь восторга и трепета. В такие моменты ощущаешь, что Вселенная огромна, а ты даже не песчинка. Наночастица какая-то.

— Смотри, отоми, еще несколько мгновений и мы ее увидим, — прошептал мой спаситель, обняв меня за талию.