Как оказалось, она вовсе не витала в облаках, и за эти дни не раз это доказала. Например, без всякого сожаления уехала из рая для романтиков – пансионата «Шарлотта», как только этого потребовало дело, и больше не вспоминала о нем.

А Тони вспоминал. Вспоминал обед и то, как выглядела Алисия. Выражение ее лица, когда она рассказывала ему о своем несчастливом детстве. Выходит, это он поддался очарованию «Шарлотты»?

Но какое все это имеет значение? Они отснимут передачу ко Дню влюбленных, а после этого Алисия со своей группой отправится в Нью-Йорк или Лос-Анджелес, а он останется в Хьюстоне. Так должно быть. У него нет права удерживать ее – даже если предположить, что он смог бы это сделать. А вернувшись, она настолько будет погружена в повседневную работу, что очень скоро забудет про него.

Приятные воспоминания – вот все, что ему останется.

– Какое чудесное утро! – воскликнула Алисия, поеживаясь в своем легком пиджачке и щурясь на яркое солнце.

Филип нервно вышагивал взад-вперед возле надутых горячим воздухом разноцветных шаров и все время поглядывал на часы.

– Я сказал ей, что получил воздушный шар в награду за победу на соревнованиях, но на нее это особого впечатления не произвело.

– Она придет, не волнуйся.

– А вдруг не придет? Она не любит пропускать церковную службу.

Алисия бросила взгляд в сторону Тони. Вместе с оператором и звукорежиссером он загружал во второй шар оборудование для съемок, а Джейк в это время закрывал надпись «Хартсон и Флауэрс» на боковой стороне корзины, чтобы Сьюзи ничего не заподозрила.

– Кольцо не забыл? – осведомилась у Филипа Алисия, хотя была уверена на сто процентов, что кольцо у него в кармане.

Филип и вправду похлопал себя по нагрудному карману и снова взглянул на часы.

– Пойду позвоню.

Мужчины, как правило, были довольно спокойны, а нервничали только, когда делали предложение. Филип был, видимо, не такой. Возможно, виной тому слишком поспешные приготовления и он боялся что-нибудь упустить?

Алисия, воспользовавшись перерывом в работе, наблюдала за Тони. Гостиница, в которой они остановились, была чистой и удобной, но совершенно безликой. Со вздохом сожаления Алисия вспомнила пансионат «Шарлотта». С тех пор как они оттуда уехали, Тони, по-видимому, пытался подавить в себе свою склонность к романтизму. В общем-то, это было понятно, но все же не мешало ему быть с нею чуть-чуть дружелюбней.

– Алисия. – Задумавшись, она не заметила, как Тони подошел к ней. – Ты тут замерзнешь.

– Да, прохладно.

– А наверху еще холоднее. – Тони снял кожаную куртку. – Тебе же придется снимать. Если от холода будешь дрожать, то и камера начнет прыгать. – Тони накинул куртку на плечи Алисии.

– А ты? – Шерстяная подкладка была теплой, и Алисия с удовольствием продела руки в рукава.

– А здесь полно ветровок. Возьму парочку.

– Но и я...

– Они не очень теплые. – Он провел пальцем по ее щеке. – А я не хочу, чтобы ты замерзла.

От этого прикосновения тепло пробежало по всему телу. Значит, Тони не все равно. Алисия приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку.

– Спасибо.

Тони был удивлен, но ему явно был приятен этот поцелуй.

– Она едет! Я вижу ее машину! – Филип подбежал к ним, возбужденно размахивая руками. – Что я должен делать?

Тони помчался к шару с оборудованием. Алисия, пытаясь успокоить Филипа, стала спокойно давать ему последние наставления:

– Постарайся не показывать своего волнения.