|
А леди Уингем подняла к ней засветившееся нежностью лицо и стала рассказывать о своей четырехлетней дочери и их прогулках по Лондону. Затем, после вопроса Софии, она пустилась в рассказы о балах и приемах, на которых побывала, о новой моде в одежде и шляпках. «Как замечательно, – решила герцогиня, хотя и испытала легкое угрызение совести при этой мысли, – у меня немного отдохнут голосовые связки». Девушка говорила мягким голосом, и при этом ей почти ничего не приходилось повторять.
– Вы должны навещать меня, детка, – попросила леди София, когда полчаса прошли, чай был выпит и пирожные съедены. – И как можно чаще. Ваш визит согрел мое сердце. Брови герцогини снова поднялись вверх при виде того, как леди Уингем, поднявшись с пуфа, наклонилась к ее золовке и еще раз поцеловала ту в щеку. – Непременно навещу, – пообещала леди Уингем, – и с большим удовольствием. Но прежде чем она успела обернуться к герцогине, дверь салона распахнулась, и на пороге появился внук герцогини. – Ах вот где укрылись мои милые дамы! – сказал он и вдруг замер на месте, увидев гостью. Он молча и, как заметила герцогиня, не слишком вежливо уставился на леди Уингем. Впрочем, ничего необычного – она такая хорошенькая, а Тенби был всегда охоч до красоток. Глаза же у красотки расширились, а щеки залил яркий румянец. «Однако как дурно ведет себя мой внук, – подумала герцогиня. – Привел даму в такое замешательство!» – Приношу свои извинения, бабушка, – произнес он высокомерно. «Точь-в-точь как его отец!» – отметила про себя герцогиня. – Я не понял, что вы и тетя София заняты. Мне надо было справиться у Ноулза. – Дорогой Арчибальд! – загудела леди София. – Позвольте представить вам моего внука – герцога Тенби. – Герцогиня с улыбкой повернулась к гостье. – Леди Уингем, Тенби. Но может быть, вы уже встречались? Тенби сухо поклонился, а леди Уингем присела в реверансе. – Встречались? – переспросил Тенби. – Да, бабушка, в Бате, на свадьбе Фредди Салливана. И раза два мы раскланивались на балах этой весной. – Что-что? – потребовала пояснения леди София. Герцог громко и отчетливо повторил. – Арчибальд, ты повезешь нас кататься? – спросила тетушка. – С тем я и пришел, тетя Софи, – прокричал он. – Если вы не раздумали, то отправляемся. Солнце светит вовсю, и ни ветерка. – Но ветерок меня не унесет, мой мальчик! – издав громкое воркование, что ее невестка сочла за смех, ответила леди София. – И вы, крошка, поедете с нами. И пожалуйста, не возражайте! – Я? – Леди Уингем покраснела до корней волос. – Ах нет, мадам, я никак не могу. Ведь я уже уходила. Меня ждет карета, и я… – Никакие «нет» не принимаются – не так ли, Сэди? – заявила леди София. – Детка, вы сядете напротив меня и будете объяснять мне кто есть кто. Я слышу вас куда лучше, чем Арчибальда, хотя он и орет во все горло. Гарриет, вы так молоды и так хороши собой, что просто не можете не поехать с нами – нельзя же лишать лондонских щеголей возможности полюбоваться вами! Приведите мне хотя бы один убедительный довод, почему вы отказываетесь? – Я должна вернуться домой к моей… – Гарриет прикусила губу. – Право же, мадам, меня ждут дома. Леди София обняла бедняжку. – Если у вас нет неотложных дел, леди Уингем, вы окажете нам честь, поехав с нами в парк, – любезно сказала герцогиня. – Это доставит столько удовольствия Софии, да и мне тоже. Ну согласитесь же, дорогая! Тенби отошлет вашу карету домой, а на обратном пути мы доставим вас к дому сэра Клайва Форбса. Молодая женщина явно не хотела принимать предложение, герцогиня это почувствовала. |
