В этот момент Мелоди ничего не хотелось больше, чем схватиться с Джеймсом в открытом бою. С величайшим удовольствием она выцарапала бы ему глаза, и ей пришлось напомнить себе, что она воспитана совсем в ином духе.

— Я готова сделать все, что нужно, — заявила Мелоди. Вам не следовало приводить его сюда ради поддержки вашей точки зрения.

Чарлз заговорил с видимым облегчением:

— Мне хотелось убедиться, что вы оба понимаете, чего от вас ждут. Как бы вы ни относились друг к другу, вы должны оставлять личные чувства за дверью, приходя на заседания комиссии. Можете вы согласиться с этим требованием?

— Да, — сказал Джеймс.

Мелоди хотелось выкрикнуть: «Нет!» Она не сможет сидеть за одним столом с Джеймсом и выдвигать рациональные доводы. Ведь она с самой первой минуты реагировала на Джеймса нерационально. Ее отношение к нему строилось на совершенно иных основаниях — на уровне чувств и инстинктов, не слишком легко подчиняющихся логике.

— Я согласна, что ваш отец должен быть привлечен к участию, но предпочитала бы, чтобы вы оставались в стороне, — сказала Мелоди.

Джеймс не пытался скрыть усмешку.

— Причина в том, что вы надеетесь без труда умаслить моего отца, чего не удастся со мной.

— Нет, дело в другом. Вы уже много лет назад отрезали себя от города и каждого его жителя. Тем не менее, — поспешила смягчить тон Мелоди, заметив, как Чарлз с недовольством поджал губы, — если вы настолько терпимы, что сможете работать со мной, то я, разумеется, вытерплю вас в течение того короткого времени, пока вы, похоже, будете торчать здесь.

Чарлз расплылся в удовлетворенной улыбке.

— Твой дед будет гордиться тобой, моя дорогая. У тебя такое же благородное сердце. — Перегнувшись через прилавок, Чарлз потрепал ее по руке. — Первое заседание назначено на вечер вторника. Итак, встречаемся точно в семь в ратуше.

Вторник наступил чересчур быстро.

Мелоди приехала перед самым началом заседания, благодаря чему была избавлена от необходимости заниматься пустыми разговорами. Она улыбнулась Сету и удостоила приличествующим случаю кивком Джеймса, поскольку не собиралась подкреплять слухи насчет того, что она затаила злобу. В то же время Мелоди не стала садиться рядом с ним и с его отцом.

И слава богу, подумала она с облегчением, когда участники заседания сразу же, без раскачки, принялись за дело. Первые шероховатости были успешно преодолены. Основное время займет обсуждение проблемы, а как только заседание кончится, Мелоди собиралась выбраться из здания, прежде чем кто-либо ее заметит.

Однако ее тонко продуманная стратегия потерпела полный крах и Мелоди оказалась вынужденной поехать на довольно-таки запоздалый ужин с обоими Логанами. Кстати, Джеймс не бросился приглашать ее. Он просто стоял в стороне, когда Сет поставил свою инвалидную коляску поперек взлетной полосы Мелоди, едва она сделала первые пять шагов к двери, и намертво заблокировал ей путь.

— Подожди-ка, девочка! А где горит? Ты на пожар? — поинтересовался он.

— Я умираю с голоду, Сет, — объяснила она. — Не успела поесть перед заседанием.

— Отлично! Ты можешь поужинать с нами. Джеймс везет меня в одно из шикарных мест, где едят люди вроде тебя с ним.

Лучше подохнуть голодая, чем это!

— Это чудесно, Сет, но я бы не хотела быть лишней при таком особом случае.

— Думаю, случай станет еще более особым, если за нашим столом будет сидеть такая красавица, как ты, — подольстился Сет. — Люди замрут и будут только смотреть во все глаза, как я въезжаю в ресторан, а коляску подталкивает моя самая любимая леди на всем свете. Или, — лукаво вопросил Сет, — тебе стыдно появиться вместе со мной в общественном месте?

— Конечно мне не стыдно!

— Тогда договорились.