|
Совсем недавно к нему обращался и депутат Государственного Совета РТ Шигапов с жалобой на беспредел, творимый им в городе. Теперь с подобной жалобой к нему обратился его старый знакомый Артур Витальевич. Нужно было что-то предпринимать, однако Алику не хотелось развязывать с Лобовым войну, в которой могли погибнуть десятки ни в чём не повинных ребят. Однако и прощать все его выходки Алику не хотелось. Показав всем своё бессилие, он мог просто лишиться того авторитета в городе, который уже имел. Подумав ещё немного, Алик сказал:
— Хорошо, Артур Витальевич, я постараюсь помочь Вам в Вашей проблеме. Я встречусь с ним и всё перетру. Если он здравый человек, то сразу же поймёт и принесёт свои извинения, если нет, то это его проблема.
Артур Витальевич был благодарен Алику за то, что тот не отказал ему в его просьбе, и заулыбался, услышав его слова. Он поднялся с кресла и подошёл к стенке. Открыв дверцу секретера, он достал бутылку коньяка и две рюмки.
— Ну что, Алик, выпьем за наше дело? — спросил.
Однако тот отказался и, поднявшись с кресла, направился к двери.
— Ты что, Алик, обиделся на что-то? — спросил его Артур Витальевич.
— Нет — коротко ответил тот. — Сначала нужно сделать дело, а уж затем пить.
Он вышел из кабинета и плотно закрыл за собой дверь.
Лобов с утра посетил достраивающийся коттедж, переговорив со строителями, остался доволен темпами строительства. Пообещав им премию за хорошую работу, он приехал в офис. В приёмной его встретил незнакомый молодой человек и, представившись кличкой вместо имени, попросил его принять. Они вошли в кабинет. Лобов снял пальто и бросил его на стул.
— Ну что, Мотор, — произнёс Лобов, — присаживайся. Я слушаю тебя.
— Короче, Фомич, — начал Мотор, — меня попросили передать тебе, что ребята из 29-го комплекса недовольны творимым тобой беспределом в городе. На тебя стали жаловаться уважаемые люди, с которыми мы уже давно работаем. Пойми правильно, это неправильно, когда кто-то наезжает на твоих барыг и пытается вырвать у них твой кусок хлеба.
— Слушай, Мотор, ты что меня лечишь? Если ты приехал мне что-то предъявить, так предъявляй, не жуй сопли. А то всё ходишь кругами, как будто я дурачок. Кто эти барыги?
— Это Шигапов Анас Ильясович и Артур Витальевич.
— А причём здесь вы? Шигапов работает в Елабуге, а Артур Витальевич вообще кто такой? Я его лично не знаю и никогда с ним не общался и его не видел.
На лице Мотора отразилась полная растерянность. Он явно не ожидал, что Лобов будет идти в отказ в отношении Артура Витальевича.
— Ну, что ты растерялся, Мотор? Раз приехал, давай, предъявляй. Говори, какое отношение я имею к вашему Артуру Витальевичу?
— Давай, Лобов, не наезжай на меня, я тебе не маленький мальчик. Если хочешь конкретики, ты её получишь. Алик хочет с тобой перетереть по этой теме завтра в три дня, недалеко от Менделеевска.
— Ты что, Мотор, считаешь, что я должен гонять по всей дороге в поисках Алика? Ты мне скажи, где конкретно?
— Не гони, Лобов, сегодня вечером я тебе перезвоню и назову точное место стрелки.
Мотор встал со стула и вышел из кабинета. Лобов громко позвал секретаря. Девушка появилась моментально. Войдя в кабинет, она остановилась напротив Лобова.
— Вот что, Вера. Быстро найди Пуха и Гаранина. Пусть бросят все свои дела и мчатся ко мне.
Вера исчезла за дверью кабинета. Через пятнадцать минут в кабинет Лобова вошли Пух и Гаранин.
Лобов, Пух и Гаранин стояли около автомашины, за рулём которой находился Батон. Лобов явно волновался, так как в первый раз встречался с лидером другой группировки, претендующей на лидерство в этом промышленном регионе республики. |