– Даже не спросишь, что за новости у меня? О чем так сильно задумался?

– Семью свою вспоминаю – честно ответил я, не уточняя какую именно – боюсь забыть когда нибудь их родные лица.

– Вот об этом я и хотел тебе рассказать. Честно скажу: не поверил я тебе до конца, что Сергей мог такую подлость совершить. В голове у меня такое не укладывалось. Ну, а намедни, когда был по служебным делам в столице, заскочил я к одному знакомому человечку. Должность он занимает невысокую, но доступ к неким секретным документам по нашему ведомству имеет – майор протянул мне баранку и наградил пристальным взглядом – ты ведь понимаешь, что все документы по вашему следствию сразу же засекретили и отправили в особый отдел архива?

– Догадываюсь.

– Так вот знакомец мой подтвердил, что тебя действительно арестовали по доносу брата. И у меня возникло огромное желание посмотреть в глаза этому мерзавцу!

– Зачем вам это, Илья Сергеевич? – поморщился я – Дело закрыто, ничего уже не изменить. Пусть теперь Сергей живет, как знает.

– Вот будут свои дети, тогда меня поймешь! Поверь, твой отец тоже бы в стороне не остался, если бы мой Мишка такое учудил. Может, и не виделись мы с вами после смерти Алексея, но свою ответственность за вас я все равно чувствую.

Надо же, какой… ответственный товарищ! Вот же неймется ему. И ведь не докажешь, что мне абсолютно плевать на младшего Стоцкого. Все равно не поверит.

– И отправился я, не откладывая, к вам домой, на Большую Морскую. А там выяснилось, что у дома вашего уже неделю, как другой хозяин. Продал Сергей семейный особняк, который еще ваш дед строил. Пришлось, конечно, дворника расспрашивать, что да как, чтобы не лезть со своим подозрительным любопытством к городовому. И если уж честно говорить, то дворники у нас поболее полиции рассказать могут, надо только к ним правильный подход найти.

Турубанов усмехнулся и потер пальцами характерным жестом, означающим, что бывший дворник Стоцких в накладе не остался.

– Вот так и узнал, что братец твой со службы уволился и в Москву уехал. Причем, дом по согласованию с банком он не просто продал, но и закладную на него полностью погасил. И все твои долги тоже выплатил. То есть, возвращаться в столицу он более не намерен.

– А с сестрой что? К матушке в смоленское имение отправил?

– Вроде, как Анечку он с собой в Москву забрал. А там кто ж его знает. Ну…? – выжидающе уставился на меня Турубанов – Как тебе такая новость?!

– Глава рода Стоцких теперь мой брат, ему и решать – равнодушно пожал я плечами – Но как по мне, шаг с продажей дома вполне разумный. От семейных долгов он избавился, а в Москве купит дом поскромнее и начнет новую жизнь. Там их никто с Аней не знает, будут жить спокойно. И до родового имения из Москвы гораздо ближе добираться, чем из Петрополя.

– Павел, я просто тебе удивляюсь! – возмутился майор – Неужели не обидно семейного особняка лишиться?

– Нет, не обидно. В денежных делах Сергей явно разбирается лучше меня, он бережлив и предприимчив. А долги нужно всегда отдавать.

– Подумаешь, эка невидаль – долги…! – Илья Сергеевич недовольно махнул рукой – Покажи мне хоть одного дворянина и офицера, у которого нет долгов или судебных тяжб? Так все сейчас живут. Может, ты забыл, Павел, но в Комиссии даже отдельные чиновники были, который разбирались с долгами арестованных заговорщиков. Судебные тяжбы и заложенные имения есть у многих. Это же в порядке вещей! Вон, у некоторых дворян вообще дело дошло до банкротства и дворянской опеки.

Вот вроде взрослый мужчина, семьянин, офицер, а все туда же. Ну, разве в порядке вещей – жить не по средствам? И как это согласуется с дворянской честью? Как можно спокойно спать, зная что должен всем вокруг – и банку, и знакомым, и друзьям, и лавочникам… И главное – ради чего все? Чтобы просто пустить пыль в глаза окружающим? Чтобы выглядеть не хуже остальных? Нет, не понять мне этих дворянских понтов.