— Давай его запрём.
— Зачем? У них же там дом.
— У кого?
— У кошки с котёнком.
— При чём тут кошка! Я про Толика говорю. Надо запереть его в подвале. Тогда он точно на поезд опоздает.
Настя постучала пальцем по лбу.
— Размечтался! Как бы он тебя не запер. Он же спортсмен и чуть ли не на полголовы выше.
Это была явная клевета. Во-первых, Толик был не настолько уж выше, а во-вторых, Антон тоже при случае мог постоять за себя. Оскорблённый в своих лучших чувствах, он в сердцах произнёс:
— Вот как! Значит, я, по-твоему, слабак? Может, ты вообще влюбилась в этого старикана?
— Ничего я не влюбилась. Просто ты говоришь какие-то глупости! То чемодан украсть, то запереть.
— Почему это глупость? — вскинулся Антон.
— Да потому! Как ты себе это представляешь? Он что, по доброй воле в подвал пойдёт?
— Со мной, может, и не пойдёт. А с тобой запросто, если к делу подойти с умом.
— Знаешь книжку «Горе от ума»? Это про тебя. С твоим умом нас чуть в тюрьму не посадили, — мстительно напомнила Настя.
— Чем сразу ерепениться, лучше бы спросила, в чём состоит мой план.
— Ну и в чём состоит твой гениальный план? — язвительно спросила Настя.
— Скажешь Толику, что у тебя мальчишки отняли портфель и забросили в подвал. А ты боишься туда идти из-за темноты.
Задумка Антона была совсем не глупой, но в ней был один существенный недостаток. Настя не умела врать. Она помотала головой.
— Он мне не поверит.
— А ты постарайся.
— Может быть, есть какой-то другой способ? — колебалась Настя.
— Лучше прямо скажи, ты ему хочешь помочь или нет?
Возразить было нечего. Антон, как истинный режиссёр-постановщик, взялся репетировать с Настей её роль. Актёрского мастерства у Самсоновой было маловато, но выбирать не приходилось. В конце концов Антон махнул рукой:
— Сойдёт.
Ребята вышли из укрытия и опешили.
— Ну и ну! Мы же напротив дома Толика! — воскликнул Антон и многозначительно изрёк: — Это знак!
Когда Настя звонила в квартиру, от волнения её колотила внутренняя дрожь. Она молила, чтобы Толика не оказалось дома, но её мольбы услышаны не были.
Дверь открылась. На пороге стоял Толик. Опешив от неожиданности, он смотрел на Настю, не веря своим глазам.
Настя так растерялась, что заготовленные слова вылетели у неё из головы.
— Толя, кто там? — раздался из кухни женский голос.
— Ба, это кто мне, — крикнул Толик и обратился к Насте: — Я не ожидал. То есть, прости. Проходи.
— Нет, я на минутку. Ты можешь выйти? — спросила Настя.
Толик взглянул на настенные часы и кивнул.
— Могу.
В дверях появилась бабушка Толика.
— Бабуль, я выйду ненадолго, — сказал он.
— Куда? Тебе же скоро на вокзал, — всплеснула руками старушка.
— Ещё два часа. Успею. Я ведь уже всё собрал.
— Ладно, иди, кавалер, — понимающе улыбнулась бабушка и добавила: — Только не задерживайся. Поезд тебя ждать не будет.
Ребята вышли на улицу. На душе у Насти скребли кошки. Толик встретил её с такой неподдельной радостью, что она чувствовала себя предательницей. Он ей верил, а она собиралась запереть его в подвале. Кроме того, девочка боялась, что Толик раскусит её ложь. Это Антон мог наврать с три короба, и ему как с гуся вода. А она предпочитала говорить правду. Почему она должна идти у него на поводу? Настя решила действовать по-своему, и у неё точно груз с плеч свалился. |