Диана размахнулась и наотмашь ударила графа ладонью по щеке. Удар был точным, и звук его звонким эхом раздался по дилижансу. На бескровном лице Дианы выступали широко раскрытые глаза. Трясущиеся руки выдавали огромное волнение. Диана смело смотрела Дереку в глаза.

– Вначале вы называете меня лгуньей, а потом обвиняете в убийстве!

Дерек дотронулся рукой до горящей щеки, удивленно глядя на Диану, охваченную ужасом. Его злость куда-то пропала и он понял, что в своих обвинениях слишком далеко зашел.

– Я ношу титул графа Харроуби более трех месяцев, но до вашего приезда в Лондон в меня никто не стрелял, – сказал Дерек больше для себя, чем для Дианы, – и мне хотелось узнать, есть ли здесь какая-то связь.

Диана нахмурилась.

– Ну, и к какому выводу вы пришли? – произнесла с усмешкой Диана. – Умоляю вас, не держите же меня в неведении, милорд. Вы в самом деле обнаружили взаимосвязь?

– Мне искренне хочется верить, что нет, – пробормотал Дерек, испытующе глядя на Диану в попытке выведать прав.

– Вы ведь не думаете, что вашу реплику я приму за ответ, как вы считаете? – с раздражением заметила Диана. – И что вы скажете о моем положении? Я приезжаю в Лондон, чтобы вернуть свою собственность, которую мой покойный муж хотел украсть, и узнаю, что у него другая жена и ребенок. Когда же я предъявляю иск здравствующему графу, то в меня стреляют в общественном парке. Всего лишь три человека знали о моем существовании в городе и среди них, сэр, вы единственный, кто получит выгоду от передачи моей недвижимости по завещанию от покойного Джайлза. Если бы меня устранили, то вы смогли бы завладеть моей собственностью и сохранить богатство. У вас не было бы препятствий.

– Вы, должно быть, спятили? – зарычал Дерек.

– Как вам нравится быть обвиненным в таких злонамерениях? – ядовито заметила Диана.

Дерек наклонился вперед.

– Поверь мне, Диана. Если бы я захотел, ты была бы уже мертва, – холодно заметил Дерек.

– Если вы намеревались напугать меня, милорд, – прошептала Диана, – то вам это прекрасно удалось.

– Может, теперь вы будете со мной откровенны. – Дерек заметил, как Диана прижалась к спинке сиденья.

– Я с вами откровенна, но вы отказываетесь мне верить. Вам придется подождать, пока я смогу представить убедительные доказательства, и тогда вы можете спокойно уехать, и, надеюсь, больше никогда вас не увижу.

К глазам Дианы подступили слезы. Она отвернулась к окошку, делая вид, что не замечает графа. Через несколько минут появилась знакомая скудная местность, и Диана поняла, что от дома ее разделяло всего несколько миль. Она решила больше не вступать в разговор с графом и постучала в крышу, привлекая внимание Ленгстона. Когда дилижанс сбавил ход, она высунулась из окошка и позвала возничего.

– Не проглядите впереди кованые железные ворота. Они будут от вас с правой стороны, Ленгстон. Через них – подъезд в Сноухим Мэнор.

Возничий последовал указаниям Дианы, и спустя некоторое время они без происшествий выбрались на нужную дорогу. По обе ее стороны росли многочисленные дубы и, глядя на них, к Диане возвращалась уверенность в себе. Наконец, она дома! Ее возбуждение росло с каждым поворотом колеса, приближая ее к родному поместью. Дилижанс зашуршал по гравийной дорожке и остановился перед домом. Установилась зловещая тишина. Диана нетерпеливо заерзала в раздражении, потому что Дерек закрыл ей окно и она не видела дома. В полной тишине Дерек ступил на землю и тут же отступил к двери, преградив выход Диане.