К своей полной досаде, Диана услышала, как Дерек начал насвистывать неприличную мелодию, прежде чем исчезнуть из ее поля зрения.

Глава 16

Это были самые длинные две недели в жизни Дианы. Дерек обращался с ней с чрезвычайной любезностью и безграничным терпением, что еще более усугубляло ее замешательство. Дерек также был обходителен со всеми, с кем приходилось общаться в деревне, и к концу второй недели даже Мавис Поттер, которая особенно настороженно относилась к нему, считала его джентльменом из джентльменов и самым подходящим женихом для леди Дианы.

Чем лучше относились к Дереку, тем подозрительней становилась Диана. Джайлз тоже был очень милым до свадьбы. А что если Дерек превратится в монстра, когда они станут мужем и женой? Часто лежа по ночам в кровати, Диана представляла себе самые ужасные картины, где Дерек был ее мужем и обращался с ней как деспот. Диана спохватывалась только тогда, когда ее воображение заходило слишком далеко, и, призвав на помощь благоразумие, она пыталась отделаться от этих жутких мыслей.

Граф был не таким, как Джайлз. Он любил ее. Рядом с ним она чувствовала себя защищенной. Диана тоже безумно любила Дерека. Именно в этом и была вся загвоздка. Слишком рискованно было доверять своим собственным инстинктам с одной стороны, а с другой – она слишком любила Дерека, чтобы поверить объективности своего сердца.

За день до их отъезда в Чиппенхэм Диана в спешке вышла из швейного ателье. В два часа она собиралась встретиться с архитектором из Сейнт Ивз в деревенской гостинице, а уже была половина второго. Если она поспешит, то успеет быстро перекусить до назначенной встречи. Диану раздражало, что часть дня ей пришлось потратить на примерку новой одежды, но этого нельзя было избежать. Единственной одеждой у Дианы были черные траурные платья. Она не могла знать, сколько времени будет отсутствовать, и поэтому была полна решимости взять с собой разную одежду. Ей претило вновь без конца одевать это невыносимое черное.

Пренебрегая общепринятым правилам, Диана заказала миссис Лоуэлл, белошвейке, пошить несколько светло-голубых платьев. Диана до сих пор еще носила траур, но решила освободиться от него, как только уедет из Корнуолла. Не было никакого смысла лицемерить, показывая, как она скорбит по своему умершему мужу. Джайлз сам при жизни не выказывал по отношению к ней ни любви, ни уважения, и она не обязана была чтить его память.

Диана пересекала тихую улочку, когда заметила шумную группу мужчин, выходящих из «Розы и Короны». Поначалу она не признала среди них Дерека, но, услышав его отчетливый хохот, затрепетала. Ей очень не хотелось, чтобы он заметил ее, поскольку не была настроена выдерживать очередную атаку на свои чувства. Дерек настойчиво и методично ломал ее сопротивление и в последние дни даже нескольких минут ему было достаточно, чтобы посеять смуту в душе Дианы. А в этот день ей как никогда следовало сохранять душевное равновесие и собранность мыслей для приближающейся встречи с архитектором. Он и так неохотно согласился возглавить перестройку дома и проехал приличное расстояние, чтобы встретиться с ней. По меньшей мере у нее должен быть ясный ум и повышенное внимание. Диана решила спрятаться и, набравшись храбрости, нырнула в узкий проулок и выбежала к боковому входу церкви. Она открыла дверь и вошла внутрь, мрачно размышляя, как долго ей придется там прятаться.

– Ты пришла огласить имена вступающих в брак сегодня? – прошептал за спиной знакомый мужской голос.

Диана вскрикнула и, резко обернувшись, столкнулась лицом к лицу с Дереком. Она посмотрела на графа испепеляющим взглядом, но ничего не сказала в ответ. Дерек добродушно воспринял ее молчание. Казалось, ничего его не беспокоило в последние дни. Хотя Диана пока не дала своего согласия стать его женой, граф знал, что это всего лишь дело времени.