– Ты ведь любишь ее, да? – тихо, шепотом выдохнула Мел.

Джейк замялся. Ему следовало бы отрицать это, но улыбка на лице Мел подсказала ему, что он опоздал.

– Это не имеет значения.

Мел быстро обняла Джейка за шею – хотя это было трудно при его полном снаряжении.

– Не сдавайся, – прошептала она ему на ухо. – Я говорю это по собственному опыту, не забывай.

– Убери свои чертовы руки от моей жены, – будничным голосом сказал Габриэль, потом бросился в комнату и вышел оттуда с шестизарядным пистолетом на левом бедре и с винчестером в руках.

– Я могу помочь, – настаивала Мел, отпуская Джейка. – Я стреляю лучше, чем вы оба.

Гейб поцеловал свою упрямую жену.

– Нет, – твердо сказал он. – Я не позволю рисковать собой и ребенком из-за твоей безмозглой кузины.

Он был награжден зловещим взглядом Джейка и виновато улыбнулся.

– Прости. К этому надо еще привыкнуть. Я не могу представить Ренату где-нибудь, кроме города.

Иденуэрт громко заворчал.

– На вашем месте я бы не волновался. Она здесь надолго не задержится.

Джейк и англичанин взирали друг на друга и – поразительно, – но Иденуэрт не опустил глаза.

Гейб встал между ними, держа в руках ружье.

– Мне кажется, что мы сначала должны найти девушку, прежде чем вы подеретесь за нее.

Это утверждение привело Джейка в чувства, а Гейб начал спускаться вниз по лестнице, бормоча себе под нос:

– Рыжая Ренни… и Джейк? Черт побери…

ГЛАВА 27

В хижине горела единственная лампа, отбрасывавшая долгие тени и оставлявшая четыре угла во тьме. Уже давно стемнело, но ни Рената, ни два ее похитителя не спали. Коринна стояла возле окна, всматриваясь в ночь, даже когда стало совсем темно и ничего не видно за покосившимся крыльцом. Она замерзла и прижала руки к себе, а потом снизошла до того, чтобы окинуть презрительным взглядом Ренату и своего управляющего.

Бен Бичкфорт держался на расстоянии. Очевидно, он знал, что лучше не приближаться к Коринне, когда она в таком мрачном настроении. Он тихо сидел на стуле с высокой спинкой, привалившись к стене. Глаза его перебегали с Ренаты на Коринну.

Рената сидела на стуле, с твердой спинкой, посередине комнаты. Руки ее были стянуты за спиной, а колени привязаны к ножкам стула грубой веревкой. Они угрожали сунуть ей в рот кляп, если она будет шуметь, поэтому она хранила молчание весь день и вечер, а Бен и Коринна при этом спокойно обсуждали, что с нею делать.

Кровь все так же стучала у нее в висках, а боль пронзала голову, отдаваясь в глаза. Когда она пришла в себя в тряском экипаже, то почувствовала, что связана, а во рту у нее кляп. Накрытая грязным одеялом, она решила не двигаться и молчать, пытаясь спокойно поразмыслить над ситуацией, в которой оказалась.

Коринна Саммерс – вот кто стоит за всем этим. Бичкфорт, по-видимому, выполняет всю грязную работу, но именно Коринна вынашивает планы и претворяет их с его помощью. Бичкфорт стрелял в Джейка, Рената подумала, что если бы она не оказалась тогда в доме, все там же бы и окончилось. Джейк в ту ночь вполне мог умереть от потери крови.

И конечно же, Бичкфорт обвинил Джейк в поджоге конюшни его отца. И вновь, если бы не вмешалась Рената, Джейк мог бы умереть. Бичкфорт и Кенни Мейлз подожгли дом. Предполагалось, что она тоже погибнет в ту ночь вместе с Джейком. И все из-за нового завещания Харрисона Саммерса… все из-за кусочка земли.