– Но… – начала она.

– Ты ей не говорил, Джейк? – Коллинз явно получал огромное удовольствие.

– Она приехала сюда в поисках богатого мужа, – холодным жестким голосом отвечал Джейк. – Я не собирался преподносить ей себя на серебряном блюде. Разыгрывать из себя авантюриста было гораздо веселее, чем рассказывать ей правду. Ей нравятся игры. Ей нравятся сказки. Вот и все.

Тело Ренаты напряглось, перед ней был незнакомец, удивительно похожий на Джейка. И все же это был не он.

– Ты не можешь так говорить.

Джейк усмехнулся, и ее словно холодом пробрало до костей. Это была злая улыбка, и она адресовалась ей.

– Не могу? – Быстрым движением он стянул с головы хлопковую рубашку и подошел к доскам, отделявшим его от Ренаты. – Возьми ее на память об этой невероятной истории, – сказал он, просовывая рубашку через доски, – об этой сказке, Рената Мария Паркхерст.

Он ждал, что она поправит его: Рената Мария Вулф. Но она не поправила. Она все так же смотрела на него огромными, как блюдца, глазами, в которых был не страх, а мука.

– Я больше не могу носить ее, – прошептал он. – Она пропахла тобой.

Рената резко отвернулась от него, зажав в руках скомканную рубашку, и выбежала из дверей. Конечно, Джейк заметил, как в ее глазах промелькнуло сомнение. И в этот миг она для него стала такой же, как все. Он уловил и мимолетный страх в ее глазах, когда в ее мозгу пронеслось: а не убил ли он на самом деле Кенни Мейлза и не поджег ли дом… Это уничтожило все нежные чувства, которые он к ней питал.

– Черт! – Коллинз взял ключи и сунул их в карман. – Мне надо пойти и забрать мою малышку. Не мешало бы ее высечь.

Джейк ничего не сказал. Он лег на койку и стал в отчаянии сверлить взглядом потолок. Мир вокруг него разбился. Ему было бы гораздо лучше, если бы он никогда не любил ее, если бы не поддался искушению в тот момент, когда впервые увидел ее. Ничего не могло быть хуже этой боли, когда познаешь любовь, а потом приходится вырывать ее из сердца.

ГЛАВА 23

Рената ходила взад и вперед по вестибюлю маленькой гостиницы в Серебряной Долине. Она слыша шум наверху: это шериф Коллинз выговаривал своей дочери, а Паркхерст обнаружил, что Рената исчезла. Отец сбежал с лестницы, устремив взгляд на открытую дверь, но остановился, заметив, что дочь стоит посередине вестибюля. Она знала, что плащ закрывает почти все ужасное зеленое платье, и отбросила капюшон. Она почти спокойно ждала, когда отец подойдет к ней, стараясь не обращать внимания на то, что душа ее словно умерла.

– Я сделаю это, – тихо сказала она, прежде чем отец смог обругать ее за обман. – Я выйду замуж за Иденуэрта. Но у меня есть условие. – Она больше не была маленькой девочкой: перед ним стоял взрослый человек, который говорил с ним на равных. – Мы не уедем из Серебряной Долины, пока Джейк не будет оправдан. Я не хочу, чтобы у меня на совести была его смерть. Суд состоится через девять дней. После этого мы вернемся в Филадельфию и устроим тихий развод, как предлагает мать. Я выйду замуж за Иденуэрта, он заплатит твои долги, и я поеду с ним в Англию. Это тебя устраивает?

– Рената. – Он хотел было протянуть к ней руку, но в последний миг остановился. – Это для твоего же блага, дорогая. Со временем ты забудешь… все это.

Забыть? Она никогда не забудет ни одного мгновения, проведенного с Джейком. И не хотела бы это забыть. И даже боль, которую она сейчас переживала.

– Ты согласен с моим условием?

– Если ты этого хочешь, – тихо ответил он.